Банкир

Мужчина не любил света.

То, что случилось, казалось совершенно невероятным. Время доклада – через два часа. Альбер понимал, что провала этой операции ему не простят. Слишком многое было поставлено на карту. И – многие…

Но два часа – это сто двадцать минут. Не так мало. Если действовать умно и скоро. Некоторые приказы нужно отдать уже сейчас. Ну а основное решение… Его он сможет принять непосредственно перед звонком в Москву. Дальше он станет действовать. Собственная жизнь – серьезная ставка, чтобы не стеснять себя ни в средствах, ни в поступках.

Огонек сигареты высветил тяжелый подбородок, две глубокие борозды от крыльев носа к губам, короткие тупорылые пальцы с коротко остриженными ногтями.

Альбер одним движением погасил сигарету в пепельнице и поднял трубку специального переговорного устройства.

Вертолет мчался низко над морем. В наушниках пилота звучал позывной, похожий на позывной первого советского спутника: пи-пи-пи… Время от времени он косился на двух стрелков, напряженно всматривающихся в несущуюся навстречу массу воды.

Дверцы с обоих бортов сняты; пулеметы закреплены в турелях, и приникшие к ним боевики больше похожи на дополнение к оружию, чем на живых людей. Наверное, так оно и есть. Тогда он сам – просто дополнение к этой грохочущей «вертушке»… А что в этом плохого? Кто на что учился… Да и…

Думать надо меньше.

– Далеко еще? – спросил, пытаясь перекричать шум винтов, один из парней.

– Что?

– Далеко еще?

– Пять минут лету.

– Как только будем над местом – включай прожектор.

– Ага.

– И не агакай. Не у тещи на посиделках. Уяснил?

С какими уродами приходится работать! А что делать-то? Жить как-то надо…

Пилот сосредоточенно кивнул.

– Ну, смотри… Да… Скажи им пару ласковых, чтобы не дергались.

Пилот нашел нужную частоту:

– Скаты, Скаты, я – Птичка. Готовность – три минуты, как поняли, прием.

– Всегда готовы! Конец связи! – Боец опустил мини-рацию. – «Вертушка» идет.

– Крот сказал – через час двадцать.

А прошло только сорок минут, – недовольно пробурчал Саша Бойко.

– Переиграли, – пожал плечами один из бойцов. – Погода – к шторму. Потому и переиграли.

– Не люблю я переигрышей, – хмыкнул Саша.

– Да брось ты… Времечко-то сейчас… Раньше даже конвейеры по секундам работали, а уж в нашей системе… А любители – они любители и есть.

Полыхнула дальняя зарница, а следом – белый слепящий свет прожектора залил утлую надувную лодчонку.