Зимопись. Книга третья. Как я был пособием

Так странные слова в обиход и прилетали – от нас, прилетевших из будущего. А не остались от прошлого, как упорно думалось, невзирая на объяснения дяди Люсика.

Слова из будущего – еще одно подтверждение, что сейчас мы в прошлом. Тогда вопрос: откуда же у него свое прошлое, что вылезает срытыми крепостями и косорукими акопалипсами?

Я вернулся в настоящее.

– Добытая вода получится грязной, нужно дать ей отстояться.

– Ее может не быть, – возразила Варвара.

Девчонки закивали, подтверждая.

Носком сапога я ковырнул почву:

– Сыро.

– Мокрая земля – не вода. Лизать ее, что ли?

У меня из горла едва не вырвался вышеупомянутый грык. Комки грязи, вылетевшие из-под ударившего в землю каблука, разлетелись в стороны. Один прилип к щеке Варвары.

– Если умираешь от жажды – будешь и лизать, и жевать, и не только, – жестко проговорил я, – а нет – значит, не умираешь!

Девочки съежились, присмирели. Даже Варвара. Вытершись тыльной стороной ладони, она не проронила ни слова.

Покончив с пораженческими настроениями, я продолжил спокойнее:

– Возьмите мешок, наберите в него мокрую землю и выкручивайте, пока вода не просочится наружу. Так много раз.

– Тревога! – раздалось с дальней окраины леска.

Похватав оружие, все бросились туда, лица мгновенно перестали быть сонными. Лежак опустел, словно тополиный пух ветром сдуло. Этот пух ощетинился клинками, готовясь продать свою жизнь как можно дороже, а еще лучше – купить максимальное количество чужих.

Остры, однако, глаза у девчонок: в далекой дали по камням что-то быстро неслось в нашу сторону – как перекати-поле или клочья тумана над водой, нисколько не обращая внимания на кажущуюся непроходимость. Сощурившаяся Варвара побледнела:

– Это…

Я кивнул:

– Стая.

Упавшее слово обратило все живое в такой же камень, как скалы вокруг: по горе на пределе видимости двигались человолки с добычей.

В ближайшее время страшного противника можно не опасаться: человолкам нужно доставить трофеи в пещеру, а там начнется пир. Новая охота возможна не ранее завтра-послезавтра, и только в случае, если еды окажется мало. А ее, как я видел, хватало. Вряд ли волчатина. Похоже, стая поживилась на месте очередной битвы.