Ольф. Книга третья

Что предпринимают против завоевания? Ослабляют конкурента или вовсе уничтожают его, такова жизнь независимо от времен. Итог: нигде мне не будут рады.

И все же я рискну.

Хочу увидеть Рим времен империи, раз уж я тут оказался. На этот раз полечу в другой плоскости – не пространственной, а временной. Любопытно, как полет будет выглядеть со стороны.

Чтобы увидеть изменения самому, я остановил корабль над Колизеем. Отсюда прекрасный вид на Вечный Город, на ту его часть, которая из застроенно-разрушенной превратится (если у меня все получится) в цветущую имперскую.

Интуиция говорила, что ничего не получится. Вселенная находится в движении. Галактики движутся, рукав нашего Млечного пути, где находится Солнечная система, тоже вращается, как и Земля вокруг Солнца, скорости у всех – фантастические. Знать бы координаты Земли на интересующий меня момент времени… Какими будут координаты: четырехмерными? Пятимерными? Нет ответа. Вернее, он находится где-то между цифрой четыре и бесконечностью, ближе к последнему значению.

Логика подсказывала, что для координат нужна, как минимум, точка привязки к чему-то. От чего отталкиваться «картографу» вроде меня в переменчивой неисследованной Вселенной, где даже время течет не линейно, а в зависимости от скорости движения объектов?

– Тридцать третий год нашей эры, – скомандовал я. – Эпоха императора Тиберия, если верить историкам. Хочу попасть в Рим.

Из Рима в Иерусалим, где пройдут интересующие меня события, корабль меня, надеюсь, тоже доставит.

С остальным разберусь на месте. Или не разберусь. Кстати, будет обидно, если тоже окажусь на кресте, ведь чужаков, особенно инакомыслящих, не любили нигде и никогда. Главное, не оказаться на кресте не рядом, а вместо Него.

Оказаться на кресте – не самый плохой финал никчемной жизни. Возможно, это и есть мой крест во всех смыслах. «Каждому по делам его».

Глава 3

Предчувствия не обманули, у меня ничего не вышло. Эксперименты не столько дали результат, сколько привели к выводу: чтобы не сгинуть в гиперпространстве и не превратиться невесть во что, надо найти того, кто разобрался в управлении кораблем раньше меня.

То есть, мне следовало разыскать Альфалиэля. Недавний божок, сейчас он – убитый горем человек, который проклинает судьбу и мечтает вернуться во вчерашний день, чтобы все изменить. Недавно я сам прошел через это, но мне повезло. Везет, увы и к счастью, не всем.

Отсюда возникают три главных соображения. Первое.