Кваздапил. Наявули

Охранник глядел из будки с телефоном в руке – не звонил, пока ничего не случилось, но готов нажать «вызов» сразу, едва что-то начнется. Это было единственным, что меня подбадривало. При свидетелях ничего серьезного не произойдет.

Через несколько минут к стоянке подкатило такси, откуда вышел хорошо знакомый мне пассажир со спортивной сумкой через плечо. Прогуливающейся походкой Гарун направился к стоянке. У машины с преследователями он резко развернулся, одной рукой распахнул заднюю дверь и с незаметно выхваченным травматом в другой ввалился внутрь.

Дверца захлопнулась.

Я ждал выстрелов. Их не было. Тишина напрягала еще больше.

– Это кто? – Сейчас Машка могла без грима играть в кино гейшу, цвет лица соответствовал. Только губки нарисовать. Свои у нее стали бледными до мертвенной голубизны.

– Друг.

– Который поедет с нами?

– Поедет или нет – зависит от того, выйдет ли он оттуда живым.

«Шутку» сестренка не оценила.

Через три долгих минуты (я следил по часам) из отворившейся задней дверцы выглянул Гарун и махнул мне рукой:

– Кваздик, подойди.

– Сиди тихо и запрись, – шепнул я Машке.

– Если что – я могу сесть за руль и въехать в них. Мне давали покататься, я немножко умею водить.

– Не вздумай. И никаких «если что» не будет, Гарун умеет говорить с людьми.

Я заставил себя дойти до темной иномарки и влезть в нее.

Впереди вполоборота ко мне сидели два крепких детины, настолько крепких, что, казалось, при резкой встрече с ними лом погнется.

Взгляды были далеки от понятия «интеллект», как доллары от патриотизма. Гарун рядом со мной поигрывал травматом, ни на кого его не направляя:

– Ребята думают, что ты неправ, и хотят наказать. Я думаю, что неправы они. Расскажи историю со снимками, чтобы мы узнали обе версии.

Я рассказал. Про пьяную Люську, которую тащил из гостей на горбу и отмывал. Про Настю, повернувшую ситуацию к своей пользе, чтобы привлечь меня к решению проблем с учебой, а когда не получилось, то решившей просто развлечься.

Про мои ответно сделанные снимки, когда я не добрался до запароленного компромата. Про Настино вранье, что ее снимки удалены. Про подлость Тимохи, без моего ведома скопировавшего мою часть компромата до того, как я ее стер. Про избиение в подъезде, за которое Люська потом даже извинялась, так как сама признала неправоту.

Гарун подвел итог:

– Кваздик, конечно, виноват, никто не спорит. Один раз его за это наказали – сильно и качественно.