Страшная граница 2000. Вторая часть

Перекатившись, он открыл ответный огонь.

Рядом, за камнем, стрелял я. И не видел, что сверху, из-за края скалы, на меня наводят автомат.

– «Газета»! Сверху! – заорал Ладыгин.

И тут же автоматная очередь прошила его грудь. Затем – голову. Бронежилет спас только грудь, а голова осталась неприкрытой!

Начман упал и выронил автомат. Лицо его покрылось кровью.

– Гафуров! – крикнул я санинструктору. – Ко мне! Видишь начмана? Давай быстро! Ранение!

Солдат бросился к Ладыгину. И сквозь треск автоматных очередей послышалось:

– Убит начман! Убит!

И тут же голос бойца утонул в грохоте взрыва.

Отстреливаясь, я поглядывал на безжизненное тело Ладыгина, надеясь, что он ещё жив. И крикнул солдату, залегшему рядом:

– Давай к начману! Вытаскивай!

Боец рванул вниз. Трассеры пуль полетели в его сторону.

Солдат, уронив автомат, упал рядом с Ладыгиным.

Боевики мгновенно перевели огонь на меня.

Трассеры летели сразу с трёх сторон, поджигая сухую траву. Огня почти не было, зато дымовая завеса получилась хорошая.

– Окружают! Всем уходить! Прикрывать друг друга! – рявкнул я, перекатываясь за ствол дерева. И стал прикрывать бойцов короткими очередями.

За соседним деревом упал сержант.

– Товарищ майор! Уходите! Я прикрою! – крикнул он, стреляя короткими очередями.

– Пшеняк! Давай вместе! Левую сторону держи! Я – правую! – выкрикнул я, мысленно поблагодарив сержанта.

Как только последний солдат скрылся в лесу, мы резким броском ушли из зоны обстрела.

В лесном массивчике, довольно жиденьком, нас ждал капитан Мамыров со своими бойцами.

Вместе мы быстро отпугнули сунувшихся было эдельвейсовцев.

– Пшеняк! Проверь личный состав! Из группы Ладыгина тоже! – приказал я. И посмотрел на Мамырова:

– Где миномёты? Ты ж миномёты тащил!

Капитан матюкнулся:

– Б… дь! Миномёт-то привезли. Но, б..дь, командир взвода их, б… дь, взрыватели к минам забыл! Кокшин! Я его, б.

– Товарищ капитан! Вон они бегут! – крикнул солдат. – Вон там, от реки бегут!

Внизу, на берегу реки, маленькими тенями мелькали фигурки солдат. Отстреливаясь, они исчезали среди деревьев, растущих на другой стороне ущелья.

– Спроси Кокшина, чё там у них! – сказал я, подняв бинокль.