Некромантия для чайников

Злилась на магистра за то, что опоил меня. Попыталась почитать, но никак не могла сосредоточиться. Постоянно думала о полученной информации, о Теньяре, о книге, которую он обещал принести, о мастере Келло и мертвом Далусе. Сердце колотилось тревожно, будто я что-то упускаю. Что-то важное.

А потом вдруг пришла кошмарная мысль. Теньяра убил сам магистр! Потому он так настаивал на версии несчастного случая. Потому он не собирается продолжать расследование. А это значит, что и мне помогать он не станет. А может и тоже убьет, как Теня.

Если б его и впрямь разорвала нежить в лесу, откуда бы здесь взялась его могила?

Ой, мрак, как же страшно. Колотившая меня мелкая дрожь перешла в болезненные судороги. Жутко и больно от осознания происходящего. И себя жалко до слез. Поверила первому попавшемуся некроманту. Дура!

Утерев слезы, нашла свой мешок, надела старое платье, чужих вещей брать не стану, и выбежала на улицу.

Сейчас день, а значит, нежить не так опасна. Успею добраться до деревни, а там может, кто довезет до Аринкая.

Или к мраку Аринкай, поеду в столицу. Как-нибудь. Куда-нибудь. Только подальше отсюда.

***

Горгульи у каменной лестницы на меня не среагировали, но наверняка заметили мой побег. Надеюсь, магистр не сразу бросится на поиски. А может, повезет, и он вообще не станет искать?

Никакой тропинки у подножия лестницы почему-то не обнаружилось, но меня это не остановило. Полезла напрямую через заросли. И только потом поняла, что дороги не знаю совершенно.

Пойду прямо. Рано или поздно лес кончится. Ох, только бы он кончился до заката.

Не нашла ни той поляны, где магистр творил поисковое заклинания, ни толстого дерева, прислонившись к которому сидела, когда увидела мертвую лисицу. Лес вдруг стал совсем незнакомым. Все-таки я слишком привыкла к городской жизни, дикая природа не для меня.

Преодолевая плотно растущие кусты ценою целостности и без того потрепанного платья, продвигалась все глубже в лес. Солнца совсем не видно, но мне показалось, что оно уже высоко поднялось.

А внутри зарождалась паника, но не та, что заставила уйти из замка. Другая, твердящая, что я снова заблудилась.

Солнце высоко, а вот в лесу потемнело. Зато идти стало легче, кусты и деревья росли не так густо, только листва на них была не зеленой, а будто уже увядающей, темной, пожухлой, коричневой. А земля под ногами вдруг стала рыхлой, не прикрытой листвой, не поросшей травой. Такая, будто ее недавно перекопали.