Рождённые из пепла

В богатой серебряной раме своё отражение нравилось ей больше, чем в маленькой деревянной, но и она казалась себе в нём меньше и незначительнее. Особенно в простом серо-голубом платье служанки.

И тут Линн вскрикнула.

В зеркале прямо на неё смотрели глаза цвета оникса. И то был не морок. У противоположной стены неподвижно, как на шахматной доске перед ходом, стояла королева.

– Кто ты? – два обрывистых слова и холодные глаза.

Линн обуял ужас. Она тут же бросилась госпоже в ноги и схватилась за край её платья.

– Простите меня! Я не заметила вас. Я… я Линн. Ваша личная служанка. С сегодняшнего дня я в вашем распоряжении. Располагайте мной, как вам угодно, королева.

Слова приветствия заучены заранее, и королева это явно поняла. Коротким движением она освободила подол и продолжала строго смотреть на нерадивую служанку.

В тёмно-синем закрытом платье на фоне книжного стеллажа королева казалась почти незаметной. Слуги поговаривали: «В покоях королевы только одно тёмное пятно – сама королева».

Её Величество предпочитала тёмные цвета в одежде и сдержанные фасоны платьев. Пока длился траур это не бросалось в глаза, но по истечении срока королева, в отличие от короля, не изменила гардероб и больше напоминала скорбную старую вдову, чем правящую особу.

Единственное, что разбавляло её нынешний наряд, это широкий пояс из металлических колец и пластинок – будто доспехи с кольчугой – слишком тяжёлый и громоздкий для такой миниатюрной женщины.

Среди служанок и вхожих во дворец дворянок ходили пересуды, что у королевы попросту нет вкуса в одежде, и она надевает все самые странные фасоны платьев и украшений.

Разумеется, говорили об этом только шёпотом и далеко от крыла с её покоями.

– Я не знаю тебя. Тем более, не нанимала как личную служанку, – ровный голос, лишённый эмоций, холодный, как река подо льдом.

Линн предупреждали. Линн готовилась к вопросам и ответам:

– Главный слуга прислал меня. Он сказал, что кто-то должен прислуживать королеве. Я попросилась на эту должность… госпожа.

Вот только эта ложь. Первая среди многих.

– Водишь дружбу с главным слугой?

– Он был знаком с моими родителями. Я хотела работать во дворце, потому и обратилась к нему. Мы на рынке встретились.

– Кто твои родители?

– Они… они умерли, королева.

– Другая родня?

– Другой нет, королева.

Снова ложь. Линн ужасно боялась, что это вскроется. Но если королева такая, как о ней говорят, лучше ей не знать слабости своих слуг.