Рождённые из пепла

Только раз он попросил оставить дверь в кухню открытой и уйти. В тот вечер во дворец пробрался Робер. Ульфа не знала его близко. Она вообще почти не знала никого из подполья – только Витарра, Ивора и ещё несколько имён.

И всё же ей стало грустно от того, какая судьба постигла Робера и того мальчика Деша.

Порой Ульфа чувствовала бессилие, но общее с подпольщиками дело помогало ей не унывать. Быть бодрой. Улыбаться. Не просто чистить ночные горшки и менять бельё в комнатах, снося нотации от всех вышестоящих, а делать что-то важное, из-за чего и её жизнь казалась ей важной.

Сейчас Ульфа гордилась, что смогла добыть карту. Почти добыть. Вынести её и передать Витарру оказалось не проще, чем попасть в королевские покои. Ульфа рассказала ему, где спрятала этот клочок бумаги, и ждала, что от кухни стражу уберут, но всё напрасно. Нельзя было ни выйти, ни оставить дверь открытой.

Стражник уже начинал косо поглядывать на частые заходы Ульфы на кухню. И та каждый раз делала вид, что пришла за мучным.

К счастью, пухленькое тело Ульфы внушало веру, что так оно и есть.

Наступил вечер. В тёмных восточных окнах мерцали городские огни. По сравнению со светлыми улицами столицы дворцовые коридоры были темнее. Если какому дворянину захочется пройтись, то рядом всегда будет слуга со свечой. В одиночку же слугам не давали слишком тратить свечи. Главный слуга ругался.

«Пф. Да этот скупердяй наверняка кладёт себе часть выделенных на освещение монет в карман».

Ульфа продолжала ворчать про себя и не заметила, как коридоры стали ещё темнее, что уже казалось странным.

Экономия экономией, но в этой части дворца живёт член Совета лорд Ларгель. Для него никто не стал бы жалеть самые изысканные восковые свечи, и главному слуге досталось бы первому за нерасторопность.

Но чем дальше заходила Ульфа, тем темнее становилось. Уже не встречалось ни единой зажжённой свечки, а тусклый свет проникал только через окна от городских огней.

Ульфа остановилась. Что-то было не так. Что-то происходило.

Что-то важное. Ульфа сделала полшага вперёд, но тут же застыла. Желание всё разузнать боролось со страхом.

Она мельком глянула на правую дверь, что находилась в нескольких ярдах впереди. Как вдруг та открылась, и из неё вышло четверо людей, чьи лица до самых глаз закрывала чёрная ткань. Один держал окровавленный кинжал. Они выскользнули из комнаты тихими тенями. Но городской свет из окна было не обмануть, замершая в испуге Ульфа увидела их… и они увидели Ульфу.