Зеркало наших печалей

Человек он был ленивый и скорее недобросовестный, так что руанские завсегдатаи скандальных процессов не знали, стоит ли приходить в суд и выслушивать обвинительное заключение, которое ни жесткостью, ни изящным слогом не будет обязано Министерству юстиции.

Заместитель прокурора весь первый день опрашивал, а заодно и натаскивал свидетелей, а мэтр Миго лихорадочно листал папку с делом, стараясь держаться незаметно: каждый в зале заседаний понимал, как «угнетает» его ситуация. Присяжные с интересом наблюдали за ним, и в их глазах читалось снисходительное сочувствие – совсем как к мальчишкам, ворующим яблоки, или к рогоносцам.

К середине дня в Руанском суде стало скучно. Накануне ничего интересного не случилось, равно как и этим утром, так что процесс явно близился к завершению. Обвинительную речь прокурор произнесет не раньше половины двенадцатого, и, если адвокат обвиняемой не взбодрится – а он, конечно же, не взбодрится, с чего бы это случилось? – много времени его ответное слово не займет. Ближе к полудню присяжные удалятся на заседание, прозвучит приговор, так что обедать все будут дома.

В девять тридцать генеральный адвокат отпустил последнего свидетеля, и мэтр Миго неожиданно «очнулся», затуманенным взором посмотрел на человека, дававшего показания, и спросил (присутствующие наконец услышали его голос!):

– Скажите, господин Фьербуа, вы видели или встречали мою клиентку утром семнадцатого марта?

– Так точно! – рявкнул свидетель, бывший военный, а ныне консьерж. – Я тогда подумал: «Эта малышка – ранняя пташка, трудолюбивая девочка…»

По залу прошел гул, председатель взялся за молоток, и мэтр Миго встал:

– Почему же вы не сказали об этом полицейским?

– А меня никто не спрашивал…

Голоса зазвучали громче – публика изумилась, а заместитель прокурора заподозрил неладное.

Стало ясно, что расследование провели на скорую руку.

Молодой адвокат, досконально изучивший дело, сумел вникнуть в мельчайшие детали и заставил одних свидетелей изменить показания, других запутал, действо оживилось, присяжные наслаждались, взбодрился даже судья, которому до пенсии оставалось несколько недель.

Пока молодой защитник обнажает промахи сыщиков, вранье и приблизительность показаний свидетелей, торопливость следствия, напоминает присутствующим статьи уголовно-процессуальной процедуры, попытаемся понять, кто этот блестящий молодой адвокат, имеющий все шансы перетянуть присяжных на свою сторону.

Дезире Миго не всегда был мэтром Миго.