Свадебное платье жениха

Поразительно, насколько эта девица, замотанная в серый балахон, выглядела совсем по-другому, если приглядеться к ней поближе.

– Чем вы занимаетесь? – спросила Софи. – По жизни…

– Я переводчица. А вы?

За несколько минут разговора Софи придумала себе новую жизнь. Вначале было немного страшно, но в конце концов стало чем-то вроде игры, надо было только постоянно помнить о правилах. У нее вдруг появился необъятный выбор. И, однако, она поступила как те, кто, выиграв в лотерею, получают возможность начать совершенно иную жизнь, но покупают такой же домик, как у всех.

– А что, в Лилльской академии искусств каникулы? – спросила Вероника.

В этом вся проблема: слово за слово, и можно зайти слишком далеко.

– Я взяла отпуск. Мой отец болен. Ну… – она улыбнулась, – между нами говоря, не то чтобы действительно болен: просто мне захотелось на несколько дней в Париж.

– А где они живут? Я могла бы вас подвезти, я на машине.

– Не надо, я разберусь, правда не надо, спасибо…

– Мне это совсем не трудно.

– Очень мило с вашей стороны, но это совершенно лишнее.

Она произнесла это непререкаемым тоном, и между ними снова повисло молчание.

– Они ждут вас? Может, вам надо им позвонить?

– О нет!

Слово вылетело слишком быстро: спокойно, держи себя в руках, не торопись, Софи, ты несешь черт-те что…

– На самом деле я должна была приехать только завтра утром…

– А, – сказала Вероника, гася сигарету.

Вот это волновало ее в последнюю очередь.

– Нет.

Быстрый взгляд на настенные часы: 13:40.

– Тогда, может быть, я приглашу вас на обед? В качестве извинения… за чемодан… Я живу совсем рядом… Ничего особенного предложить не могу, но в холодильнике что-нибудь съестное найдется.

Вспомни, Софи: не делать ничего, как раньше. Идти туда, где никто не ждет.

– Почему бы и нет, – ответила она.

Они улыбнулись друг другу. Вероника расплатилась за кофе. На выходе Софи купила две пачки сигарет и пошла вслед за ней.

Бульвар Дидро. Респектабельный дом. Они шли рядышком, обмениваясь обычными банальностями. Едва добравшись до дома Вероники, Софи пожалела, что не отказалась. Нужно было просто уйти. В данный момент ей бы следовало удаляться от Парижа в любом, самом маловероятном направлении. Она согласилась от слабости и усталости.