Свадебное платье жениха

– Мне сказали, что вы хотели бы снять… – тут он наклоняется к экрану компьютера, как будто впервые знакомясь с соответствующей информацией, – практически все ваши наличные средства.

– Это запрещено?

В ту же секунду она поняла, что выбрала не лучшую тактику. Излишняя прямолинейность в общении с подобными придурками ведет к открытой войне.

– Нет-нет, не запрещено, просто… – Он оборачивается, адресует отеческий взгляд служащей, стоящей у вешалки: – Можете идти, Джульетта, я сам закрою, не беспокойтесь.

Девица с неподходящим именем не заставила его повторять дважды.

– Возможно, вы недовольны услугами нашего банка, мадам Дюге?

В глубине офиса хлопнули двери, тишина навалилась еще плотней. Она старается соображать как можно быстрее.

– Ну что вы… Просто… я должна уехать, понимаете. И мне нужна наличность.

Слово «наличность» звучит уже не так правильно, как раньше, теперь в нем призвук чего-то торопливого, поспешного, подозрительного, слегка жуликоватого.

– Нужна наличность… – повторяет тот. – Обычно, когда речь идет о таких значительных суммах, мы предпочитаем заранее договариваться с нашими клиентами о встрече. И в рабочие часы… Из соображений безопасности, как вы сами понимаете.

Намек настолько очевиден, настолько естественен для этого типа, что ей хочется дать ему пощечину. Она сосредоточивается на мысли, что ей нужны, совершенно необходимы эти деньги, и таксист не будет ждать весь день, и она должна выбраться отсюда, должна выпутаться.

– Мой отъезд – такая неожиданность. Полная неожиданность. Но мне совершенно необходимо уехать. И совершенно необходима эта сумма. – Она смотрит на типа, и что-то внутри ее сдается, уступает – чувство собственного достоинства, наверное; она вздыхает. Что ж, она сделает все, что потребуется; это вызывает в ней отвращение к себе – легкое, но мимолетное. – Я вполне понимаю, в какое затруднительное положение поставила вас, месье Мюзен. – Имя типчика всплыло само собой, словно проблеск вернувшейся уверенности в себе.

Мюзен расплывается в самодовольной ухмылке. Она чувствует, что дело сдвинулось в нужном направлении.