Успех или борода

Да, да, горбатого могила…

Я зарекся иметь дело с женщинами, пакостить людям и красть машины, но Сара для меня не относилась к общей категории женщин. Что-то в ней вселяло наивную веру, что «она не такая, как все»: не то ямочки на щеках, не то непривычная чарующая искренность, или то, как легко она переходила от дружеского расположения к соблазнительному тону. Я не собирался сбиваться на старую колею и заводить пустячную интрижку. Я стал другим, и одноразовые отношения потеряли для меня свою привлекательность.

Правда в том, что после знакомства, не длившегося и часа, желание побольше разузнать о Саре превратилось у меня из простого любопытства в навязчивую идею.

– Что за гримасу ты корчишь? – потыкала меня в бок Эшли.

– Это моя радостная мина именинника.

– А впечатление, что ты надеешься остаться в живых.

Я слегка улыбнулся. Эшли хохотала, видя, как мне неуютно. Увидев в конце стойки Хэнка, разговаривающего с шерифом, я, глядя только перед собой, повел Эшли через толпу.

– Мы куда? – спросила Эшли, когда мы пробились через самую густую часть все прибывавшей толпы.

– Хочу переговорить с Хэнком. У него гостья в доме на Бандитском озере, и мне интересно, кто она, – признался я, открывшись сестре. Эшли была надежным хранилищем секретов: она в жизни не станет шантажировать меня или давить на меня, в отличие от наших братьев или Клэр.

– Прекрасно, но я хочу «Маргариту», поэтому после разговора с Хэнком мы подойдем к бару.

– Я оплачу тебе поездку в Мексику, если ты сегодня от меня не отойдешь.

– Предложишь Коста-Рику – договоримся.

Я остановился перед Хэнком и шерифом Джеймсом, готовясь попытать Уэллера насчет его гостьи, но слова замерли у меня на языке, когда я услышал, что говорит шериф:

– …уже не секрет, учитывая, что киношники массово приезжают на этой неделе, а со следующей начнутся съемки. Поэтому я не возражаю, чтобы ты отвечал на расспросы местных.

Хэнк задумчиво кивал. Его рассеянный взгляд вдруг наткнулся на Эшли, и Уэллер расплылся в хитрой улыбке:

– Эшли! Рад видеть! Вот не знал, что ты сегодня придешь!

Он двинулся к ней, но я опередил приятеля и шагнул прямо в его объятия.

– Надо же, какое радушие, Хэнк! Я тоже по тебе соскучился.