Третий – не лишний

Ей стало гораздо легче, когда они открыто заговорили об Альдо, о чувствах Саула.

Они уже подъехали к дворцу, где выстроилась королевская гвардия. Их обычная цветная форма была заменена на траурную, черную. На кителях, как и на флагах, золотом был вышит княжеский герб.

«Традиции, подобные этой, очень сильно влияют на эмоции», – подумала Жизель, когда их машину встретил пожилой советник. Он поклонился Саулу и затем проводил их по черному ковру до дверей дворца. Жизель уже и забыла, что в Сауле течет княжеская кровь, такая же как у Альдо.

У Саула были во дворце свои апартаменты, и Жизель была этому рада. Они могли уединиться там после траурных церемоний, после тяжелого дня, наполненного страданиями и всеобщим горем. Даже служанки были одеты в черное. Весь персонал искренне горевал по своему правителю, которого, как было известно Жизель, они очень любили. И все это несмотря на то, что мягкосердечие Альдо практически не позволило ему встать на защиту своей страны и противостоять тем, кто собирался нажиться на его подданных, используя спекулятивные схемы, от которых Саул старался отговорить кузена.

– Теперь здесь все изменится, – прокомментировала Жизель, когда они наконец остались одни.

– Да, – согласился Саул.

Ему стало легче оттого, что хотя жена и не сказала это напрямую, однако дала понять, что понимает, какую ношу ему придется взвалить на свои плечи. Он был благодарен ей за то, что она не настаивает на обсуждении этой темы, предоставляя ему время и пространство для того, чтобы смириться с тем, что ждет впереди.

После того как Саул дал обещание Альдо, он действовал в основном инстинктивно и эмоционально. И только потом он в полной мере осознал, что все это означает. Затем Саул разозлился на Альдо, возложившего на него всю ответственность за страну, хотя кузену было известно, что Саул всегда радовался, что его отец был младшим сыном и, таким образом, монархический долг выпал не на его долю. Эти мысли крутились у него в голове все то время, что он провел в России.

По дороге в Ареццио Саул снова вспылил, злясь на Альдо и на себя. Ноша оказалась слишком тяжела.

Теперь, поднимаясь к себе вместе с женой, он чувствовал, как тяжесть постепенно отпускает его. И все дело в словах Жизель о его чувстве ответственности. Именно они помогли Саулу найти правильное решение.