Сумрак

Или успокаивающего сиропа, или абсента, или чем там еще баловались в те времена?

Нас пичкают этим дерьмом, словно хороших историй уже не пишут и читать больше нечего. Любительница самопорезов Кейтлин, сидящая через три парты от меня, должна найти нечто актуальное для себя в «Доме с семью шпилями»[4 - Роман Натаниэля Готорна.]? Ага, конечно.

Разумеется, «Лолита» вышла не так давно. Просто она хреновая. Готова поспорить, даже в 1955 году была хреновой. Спрошу у бабушки.

Я замочила пасту, поджарила мясо с перцем и луком, смешала все и отправила в духовку.

Во дворе сквозь моросящий дождь вдруг блеснули фары. Мой взгляд метнулся к окну. Машина свернула на нашу подъездную дорожку. Подскочив на ноги, я закрыла учебники, сгребла бумаги и убрала все в сумку.

Живот будто заполнился раскаленными углями.

Черт. Порой он брал двойное дежурство или задерживался, и мне везло провести ночь без него.

Но не сегодня, похоже.

В попытке избавиться от ощущения, что вот-вот обмочусь, я сжала бедра. Швырнув сумку в столовую, где мы никогда не ели, быстро накрыла на стол. Входная дверь открылась. Я развернулась и сделала вид, будто перемешиваю салат.

– Эмери! – окликнул Мартин.

Желудок сжался – так происходило каждый раз, – но я с натянутой радостной улыбкой выглянула в прихожую и прощебетала:

– Привет! Опять дождь идет?

И только сейчас вспомнила, что не закрыла бабушкино окно. Проклятье.

– Да, – он вздохнул. – Такое уж время года, верно?

Я выдавила смешок. Мартин отряхнул куртку, разбрызгав капли повсюду, повесил ее на вешалку и направился в кухню. Мокрые подошвы его ботинок заскрипели по полу.

Мне в отличие от него полагалось снимать обувь при входе.

Выпрямившись, я выдохнула, взяла миску с салатом, вилки и вновь широко улыбнулась.

– А я подумывала пробежаться вечером, – сказала я, поставив салат на стол.

Искоса глядя на меня, он остановился и ослабил галстук.

– Ты?

– Я умею бегать, – наигранно возразила я. – Не дольше нескольких минут.

Брат тихо засмеялся, подошел к холодильнику, достал молоко и налил в стакан.

– Вкусно пахнет, – сказал он, заняв место за столом. – Уроки сделала?

Серебряный жетон поблескивал в свете люстры; его тело, облаченное в черную форму, с каждой секундой казалось все больше и больше.