Мальчики из Фоллз

Она – бомба замедленного действия. Теперь полиция основательно сядет ей на хвост. Я не могу бросить Аро на произвол судьбы. Ведь моя задница тоже на кону.

– Позволь мне взглянуть, – говорю, сев на табурет перед ней, и открываю аптечку.

Кровь капает с ее пальцев, кисть свисает с края стола, а предплечье лежит перед моей клавиатурой.

Удивлен, что мне удалось вернуть ее в убежище, хотя она вряд ли вообще осознает реальность произошедшего… и ее поступка.

– Аро? – зову тихо. Она смотрит на стол.

Осторожно разрываю маленькую дыру в рукаве ее толстовки. Порез от когтя молотка-гвоздодера небольшой, но глубокий. Не теряя времени, натягиваю перчатки, обрабатываю кожу дезинфицирующими салфетками и снимаю колпачок с медицинского клея. Девушка даже не вздрагивает, когда я свожу края раны и наношу лечебное средство.

– Это был твой отец?

Не получив ответа, пытаюсь посмотреть ей в глаза, однако они скрыты за волосами.

– Кроме членов семьи об этом месте никто не знает, – уверяю я. – Здесь ты в безопасности.

У меня не было возможности изучить ее досье, поэтому, когда я последовал за ней в Уэстон, не предполагал, что она поедет к семье. Надеялся, что Аро вернется в гараж Грин Стрит. Тогда бы я попробовал разузнать что-нибудь, найти зацепки, которые можно использовать против них. Но, увидев ее с маленьким мальчиком, сразу понял – он ее родственник.

Я не слышал подробностей их разговора с мужчиной в гостиной, но заметил ее напряженную позу.

Аккуратно сжимая порез, даю клею время подсохнуть. До сих пор не пойму, осознает ли девушка мое присутствие.

– Я не хотел тебя обидеть тем, что сказал ранее. – После этих слов иду на попятную. – А может, и хотел.

В тот момент я говорил серьезно, подразумевая, будто знаю ее, лишь потому, что она из Грин Стрит, бедная и живет в Уэстоне.

Вновь ищу глаза Аро.

– С моей стороны было паршиво так думать, я был неправ.

Дилан чуть не врезала мне по яйцам, а моя мать точно бы врезала, если бы услышала от меня подобное невежество. Родители таскали меня по всей планете, чтобы я научился видеть людей. Чтобы умел в два раза больше слушать, чем говорить. Они знали, что нас формирует наше окружение, что травмированные люди причиняют боль другим.