Проклятие Айви

Айви лениво уселась на кровати, потянулась и, наконец, отправилась умываться.

До конца открыть глаза удалось лишь тогда, когда, коснувшись своих волос, она почувствовала что-то постороннее. Зубная щетка тут же оказалась в стороне, как совершенно ненужный предмет. Все внимание переключилось на отражение.

– Что за..? – пробубнила Айви и вытянула из спутанной пряди пару сухих листьев. Она долго рассматривала их в своей руке, пытаясь понять, откуда они могли взяться, если перед сном девушка тщательно расчесала волосы и ничего такого там точно не было.

Она вернулась к кровати, чтобы осмотреть ее, но никаких зацепок больше не нашла. Все было как обычно. Может, Айви просто не заметила, как притащила эти листья на одежде, и они остались на кровати, а ночью прилипли к волосам? Не валялась же она в цветочном горшке.

В гостиной работал телевизор, и отец увлеченно смотрел на экран, откуда с серьезным выражением лица говорила симпатичная молодая девушка в строгом костюме и аккуратно забранными в пучок волосами.

По ее интонации сразу стало понятно, что рассказывает она совсем не о хороших новостях.

– Доброе утро, – бодро сказала Айви, спустившись вниз.

– Доброе утро. Завтрак уже готов, садись, – улыбнулась мама.

– Тише, – шикнул мистер Элфорд, не отрывая взгляд от телевизора.

Айви переглянулась с мамой и заговорила шепотом:

– Что там такое?

– Что-то произошло на пирсе у рыбацкой будки. Я невнимательно слушала, чайник кипел слишком громко.

Девушка приступила к поеданию овсяной каши.

Многие ненавидели ее еще с детства, но Айви что тогда любила, что сейчас. Особенно с персиками. Они похожи на маленькие солнышки и всем своим сочным видом придавали не только настроение, но и превосходный вкус. Это было чуть ли не главным поводом для улыбки с утра.

Новости закончились, и отец присоединился к завтраку с угрюмым выражением лица.

– Пап, что случилось?

– Билл Дэвис, рыбак с нашего пирса, погиб сегодня рано утром.

– Боже мой! Как? – Оливия округлила глаза.

– Его тело нашли возле рыбацкой будки. Не к столу сказано, но у него разорвана шея, и следы крови тянулись до самого конца пирса. Видимо, кто-то напал на него, когда он рыбачил.

– Какой ужас. Кому помешал старый рыбак? У него ведь и взять нечего, – миссис Элфорд прикрыла ладонью рот.

– Без понятия. Он и не ругался никогда ни с кем, за всю жизнь мухи не обидел. Жаль старика, – отец так и не притронулся к еде.