Агрессор

Кто-поверил в то, что я заманила его туда, пытаясь соблазнить. И совсем немногие считали, что он пришел туда сам, чтобы пригрозить мне за случай с Мэдоком. Однако вне зависимости от версии на меня все пялились и перешептывались за моей спиной.

– Эй, Тэйт. Ты в раздевалках только сексом занимаешься или минеты тоже делаешь? – крикнула мне в спину Ханна Форрест, предводительница злобных сук школы, когда я шла на математику. Ее приспешницы тут же захихикали.

Повернувшись к ней, я прижала руку к сердцу:

– И оставила бы тебя без работы? – Наслаждаясь ошарашенными выражениями на их физиономиях, я развернулась и направилась в класс.

И когда уже почти скрылась за углом, улыбнулась, услышав поток ненормативной лексики со стороны Ханны и ее компании. Меня и прежде называли стервой, однако услышать в свой адрес слово «шлюха» было гораздо противней. Стервозность – это механизм выживания. Стерв уважают. Но не шлюх.

Видимо, Джареду не особо досталось за проникновение в женскую раздевалку, потому что он не пропустил ни одного дня занятий.

Он не смотрел на меня, абсолютно игнорируя сам факт моего существования даже на нашем совместном уроке. Я перевелась с информатики – этот курс я завершила во Франции, на кинематографию и литературу, не зная, что там будет и Джаред. Предмет казался несложным: нам предстояло много читать и смотреть кино.

– Тэйт, у тебя не найдется запасной ручки? – спросил Бен Джеймисон, когда мы сидели на уроке. Несмотря на очередной поток сплетен обо мне, Бен продолжал держаться со мной дружелюбно и уважительно на французском, и я обрадовалась, узнав, что он также записался на курс кинематографии.

Будет на кого отвлечься.

– Э-э-э… – Я начала копаться у себя в сумке. – Кажется, найдется. Вот, держи.

Бен наградил меня ослепительной улыбкой, осветившей его зеленые глаза и темно-золотистые волосы. Наши пальцы коснулись, и я быстро отдернула руку назад, уронив ручку, прежде чем он успел ее схватить. Не знаю, почему так сделала, но почувствовала, как взгляд Джареда уперся мне в затылок.

– Нет, я сам подниму! – Бен остановил меня, когда я стала наклоняться. – Только напомни в конце урока, чтобы я с ней не ушел.

– Можешь оставить себе. – Я макнула рукой. – У меня их полно. Я все равно предпочитаю карандаши. При моем количестве классов по математике и по другим наукам без них просто не обойтись. Особенно мне… приходится делать много исправлений.

Мне хотелось казаться скромной, но в итоге вышла какая-то словесная диарея.