На помощь, Дживс!

Рассмотрим сходную ситуацию. Предположим, в одно прекрасное утро тетя Далия прочтет в газете, что на рассвете тебя расстреляют.

– Исключено. Я в такую рань не встаю.

– Предположим, она все-таки прочтет. Она же здорово расстроится, верно?

– Еще бы! Могу себе представить – она во мне души не чает. Не стану отрицать, что иногда ее манеры кажутся грубоватыми. В детстве она частенько награждала меня подзатыльниками, а когда я вступил в более зрелую пору, не раз советовала мне повесить на шею кирпич и утопиться в пруду за домом.

Тем не менее она любит своего Бертрама, и, если услышит, что на рассвете я буду расстрелян, она будет страдать, как от острой зубной боли. Ну и что? При чем здесь это?

– А теперь представь: ей говорят, что произошла ошибка, расстрел грозит не тебе, а кому-то другому. Разве она не обрадуется?

– Да она будет просто плясать от радости.

– Вот именно. И что бы ты ни сделал, ей все будет казаться замечательным. Какую бы глупость ты ни придумал, она придет в восторг. «Делай, как считаешь нужным», – только и скажет она тебе.

То же самое почувствует моя мама, когда узнает, что я не выхожу за тебя замуж. Она испытает чувство огромного облегчения.

Я согласился, что облегчение и вправду будет огромным.

– Но ты ведь откроешь ей истинное положение дел через денек-другой? – спросил я: мне было очень важно заручиться гарантиями по этому пункту. Человек, над которым тяготеет объявление о помолвке в «Таймс», не может чувствовать себя в безопасности.

– Ну, скажем, через неделю-другую.

В таких делах не следует торопиться.

– Нужно время, чтобы микстура начала действовать?

– В этом вся суть.

– А что требуется от меня? То и дело покрывать тебя страстными поцелуями?

– Нет, это лишнее.

– Как скажешь. Просто я хочу понять свою роль.

– Достаточно периодически бросать на меня томные взгляды.

– Будет сделано. Что ж, ужасно рад за тебя и Селедку, или, как ты предпочитаешь его называть, Реджи. Если и есть на свете человек, с кем мне хотелось бы видеть тебя у алтаря, так это он.

– Ты очень мужественно принял эту новость.

– Ладно, чего уж там.

– Я тебя ужасно люблю, Берти.

– Я тебя тоже.

– Но ведь я не могу выйти замуж за всех, верно?

– И не пытайся. Что ж, теперь, когда все прояснилось, я, пожалуй, пойду доложусь о прибытии тете Далии.

– А который час?

– Почти пять.

– Господи, мне надо бежать. Я сегодня за хозяйку во время чая.

– Ты? А где тетя Далия?

– Уехала.