Принцесса и ассасин. Том 4

Если напарник никак не реагировал на неё, это значило худшее из возможного, потому что он всегда, даже когда злился, отвечал ей без задержки.

Без слов Ганз встал, нашёл окурок в темноте, потушил его и, по всей видимости, собрался ложиться спать. Арселис смотрела за всеми его действиями и не понимала, как себя вести. Подобные сцены происходили между ними от силы пару раз за всю их совместную жизнь, поэтому ей было трудно ориентироваться в ситуации. Каждый раз ей казалось, что вот он, конец их связи, что возникшая проблема обрубила их взаимопонимание, и им больше не удастся вернуться к прежним отношениям.

Безмолвие страшило девушку. Пожалуй, равнодушие со стороны Ганза было единственным, чего она действительно боялась и ни за что не хотела бы принимать. Почему он ничего не говорил? Когда мелькнула та отправная точка, откуда у него пропало желание с ней разговаривать? После странных действий напарника Арселис решила не капризничать, потому легла под скалой вместе с ним.

Что бы между ними ни происходило, физической близости им не удалось бы избежать. Или так хотел сам Ганз – не уходить куда-то в другое место, чтобы не ложиться с напарницей рядом. У них был один тюфяк на двоих, а одеялом пользовалась только Арселис – русоволосому было легче без него. Они лежали спиной друг к другу, впрочем, сегодня это даже не обсуждалось, хотя обычно девушка могла себе позволить придвинуться к собрату чуть ближе или случайно коснуться его ногой или рукой.

– Арси… – вдруг прозвучало в полной тишине.

Девушка вздрогнула от его тихого голоса, наполнившего почти полностью замкнутое пространство. Она ощущала напряжение между ними даже спиной и от этого не могла уснуть.

– Арси, – услышала она отчётливее, но по-прежнему не реагировала.

Тогда её шею обдало горячим дыханием, и она не выдержала, круто подняв корпус на руках. Сначала слегка повернулась к нему, а потом уже полностью развернулась лицом.

– Я не хотел тебя обидеть, – спокойно начал Ганз.

– Видела я, чего ты не хотел! – обидчиво возразила зеленоглазая, однако в душе была рада, что они смогут всё прояснить.

– Мне неважно, что скажут другие, – неожиданные слова полились в её сознание.