Ангел смерти

Я быстро закинула тетрадь и учебник в рюкзак, запихнула ручку в карман, не забыв предварительно достать оттуда наушники, и на ватных ногах подошла к однокласснику.

– Хватит так дрожать, ты справишься с испытанием. Не раз доказывала, что сможешь, – сказал парень, подталкивая к выходу из кабинета.

– Ага, – угрюмо отозвалась я. – Осталось только оказаться в списке участвующих. Упаси господь, если я останусь на второй год из-за дисциплины, а не двойки по математике.

Дарио усмехнулся и покачал кудрявой головой, давая понять, что мои опасения напрасны.

Шагая по коридору, я распутывала наушники дрожащими пальцами, а школьный друг ловил летящих на безумных скоростях первоклашек, расчищая нам путь.

– Эти дети совсем обезумели… – ворчал он, останавливая очередного сорванца.

Так мы добрались до раздевалок, где Дарио, пожелав удачи, покинул меня. У него следующий урок, а меня ждала проверка на умение пудрить людям мозги. Назвать предстоящий цирк иначе язык не поворачивался.

В раздевалке пахло по?том, дезодорантом и приторными духами. Немного морщась от запаха и тихо браня ушедших девочек, я в полном одиночестве переоделась в спортивные лосины и футболку. В туалете привела в порядок волосы – после недавней стрижки они едва достигали плеч, и теперь из хвоста выбивались короткие чёрные пряди, обрамляя лицо. Тьму волос разбавляли бледная кожа и льдисто-голубые глаза, делая образ менее мрачным.

Выдавила улыбку отражению, подбадривая себя, и направилась в спортивный зал.

Шесть членов комиссии сидели за общим столом у дальней стены и лениво беседовали с директрисой. Трое из них являлись сотрудниками министерства образования, и такое количество гостей напрягло. Обычно присылали одного, в худшем случае – двух человек.

Я встала в немногочисленный строй, подсчитывая свои шансы на отчисление. На испытание оказались приглашены ещё четыре парня. Я знала каждого по имени – мы не раз вместе получали взбучку от учителей, оставаясь крайними в любом конфликте.

Пока мы обменивались приветствиями, в середину зала вышла завуч по воспитательной работе. Синий брючный костюм был явно маловат ей, пуговицы держались на честном слове. За целую жизнь она так и не научилась ходить на каблуках (хоть и выглядела ровесницей моей покойной бабушки) и маршировала, как цапля.