Принцесса и ассасин. Том 3

Аран сказал подруге, что хочет пойти сполоснуться из-за невыносимой дневной жары, которая послужила причиной его пота. Гильяна отправились в спальни. На этот раз глава разрешил Мине спать в отдельной комнате, поскольку убедился в спокойной обстановке. Когда Аран вернулся, переодетый и свежий, то устало бросил перчатки и куртку в сторону и медленно опустился на спину. Сестра уже сидела на футоне, подтянув правую ногу под себя, а левую расположила перед собой, поскольку именно её ей было трудно сгибать. Она ждала возвращения напарника.

Бросившиеся в глаза бинты на пальцах только подогрели её догадки. Больше не раздумывая, она сказала:

– Ар, – называть парня тем же сокращением, что и главу клана, сестра могла только, когда они оставались наедине, – покажи мне ссадины.

Аран открыл глаза и развернул голову к ней. Она упёрлась ладонями в футон. Её вид прямо говорил ему, что она не отступится от своих намерений.

– Гиль, всё хорошо, – он бережно прикоснулся к её руке.

– Нет, не хорошо! – напарница чуть ли не вырвала свою руку из его аккуратной хватки, показывая, что крайне недовольна его ответом.

 – Почему ты так поступаешь? Мы же… – вдруг запинается она; первые слезинки выступают у подножия века, – мы же всегда всё рассказываем друг другу!

Гильяна хлопнула по футону и смахнула капельки слёз. Понимая, что таким поведением он огорчает подругу, Аран без лишних слов приподнялся, принял сидячее положение и стянул с себя рубашку. Гильяна распахнула глаза от увиденного. Она немедленно прикоснулась к его торсу, затем придвинулась к спине – везде она увидела синяки и многочисленные порезы.

Сказать, что на нём не было живого места, было бы ложью, но всё равно его ушибы и увечья не делали картину лучше.

– Ну что, посмотрела? – немного грубо спросил ассасин и хотел надеть рубашку обратно.

Гильяна остановила его от этих действий.

– Оставь. Ночи тёплые. Тебя не продует. Но если будет холодно, – она нежно обвилась руками вокруг его спины и аккуратно подтолкнула его на спину, – я согрею тебя.

Они опустились в лежачее положение. Аран отложил рубашку в сторону и обнял подругу в ответ. Хоть она не могла помочь ему избавиться от увечий, её поддержки было вполне достаточно. Они полежали так какое-то время. И Гильяна снова заговорила:

– Прости меня, Ар, – и потёрлась носиком. Ему стало щекотно. Он дёрнулся от её движений.

– Ничего. Ты не виновата.

Он гладил её пышные рыжие волосы, успокаивая её и успокаиваясь сам.