Дремеры. Тени Альвиона

Было видно, что расположение посадок тщательно продумано, однако оранжерее явно не хватало ухода: тут и там торчали сухие необрезанные ветки и в изобилии росли сорняки. То ли из-за неприглядного впечатления, то ли из-за духоты, но мне захотелось поскорее уйти отсюда.

Мы медленно двинулись по дорожке, выложенной разноцветными плитками – заметив характерные прожилки, я поняла, что это устойчивый к влаге морриан: его использовали для отделки искусственных прудов и бассейнов в богатых домах. Кьяра нахмурилась и что-то пробормотала себе под нос, но я расслышала только концовку фразы:

– …чем они занимаются.

Только я хотела спросить, о чем это она, как из-за поворота, скрытая разросшимся кустом вернейских роз, на нас едва не налетела Тайли. Девушка испуганно ойкнула и оступилась, а из лейки, которую она держала в руках, вода выплеснулась прямо на подол Кьяре.

– П-простите… – расстроилась Тайли.

Кьяра отряхнула мантию.

– Ничего страшного.

– Я не слышала, как вы зашли… Простите, я…

Девушка так смутилась, что еще немного – и заплакала бы.

Чтобы отвлечь ее, я сказала:

– Это потрясающая оранжерея! Просто невероятно: даже вернейские розы есть, а ведь они довольно прихотливы.

Вцепившись в лейку, девушка бросила на Кьяру неуверенный взгляд, потом посмотрела на меня и, опустив глаза, ответила:

– Спасибо. Мы стараемся. Но всё тут сохранилось только благодаря Ли?лле.

– Лилле? А она сейчас не с вами? Она с Саем? – спросила я, подумав о миниатюрной девушке с сиплым голосом, чье имя мы не узнали.

Почему-то мне было трудно представить ее в роли садовницы.

Вздрогнув, Тайли тяжело вздохнула и тихо проговорила:

– Лиллы больше нет.

Мы с Кьярой переглянулись, и она мягко сказала:

– Нам очень жаль. А что с ней случилось? Тайли, ты можешь рассказать?

Та огляделась, убедилась, что мы одни, и кивнула:

– Давайте присядем, здесь есть скамейка.

Она провела нас по дорожке вглубь оранжереи. Дальняя стена шла полукругом, огибая журчавший фонтан – прекрасную двухъярусную чашу из белого с тонкими серыми прожилками отполированного морриана.

На его вершине застыли два белоснежных голубя, из клювов которых лилась вода. Это было удивительно! Наверное, бывший владелец особняка невероятно любил оранжерею и вложил в нее немало средств, раз за столько лет фонтан не забился и не испортился.

Напротив фонтана стояла небольшая изогнутая скамейка, над которой нависали ветви еще не зацветших вернейских роз.