Перекрёсток

И пока ее друзья и коллеги вели активную социальную жизнь: танцевали в клубах, ходили на концерты, срывались в другой город, совершенно забывая о работе, и просто жили, Мари чувствовала себя птичкой в запертой клетке. Каждый раз, когда она хотела взмахнуть крыльями, ее сразу же возвращали на землю.

– Сойер, завтра на Уэст-Энде будет «Нотр-Дам де Пари», пойдем? Еще есть билеты! А потом можно зайти на выставку «Золотой век кутюр». Кирстен с парнем ходили, говорят, что очень круто!

– Мари, ты же знаешь, как я предпочитаю проводить выходные.

Я так долго к тебе ехал, чтобы мы наконец остались наедине, – эта отговорка повторялась из раза в раз вне зависимости от его самочувствия, заставляя Мари чувствовать себя виноватой.

– Может быть, мы хотя бы сходим в бар завтра вечером?

– Солнце, что за абсурд!

Мари так хотела вдохнуть в их отношения новую жизнь, сделать что-то несвойственное им, что-то романтичное и спонтанное, но Сойер не осознавал, что каждый его отказ все больше отдаляет девушку от него.

– Ты как-то неважно выглядишь, – озабоченно сказала Мари, когда Сойер вышел из душа.

– Боже, как я устал. Сегодня какой-то адский день. Я пропустил свой поезд, пришлось садиться на поздний. Измотан, как никогда.

– Тебе чай или кофе? Что будешь?

– Воду, спасибо, – он уже прилег на диван, облокотившись на мягкие подушки, пока Мари мыла посуду.

– Представляешь, на работе мой начальник предложил мне поехать в командировку! – восторженно делилась она своими маленькими победами. – И в понедельник мы летим в Москву.

Я, честно говоря, не ожидала такого. Я так рада! Уже написала Лесе с Костей, позвонила маме, да ты и сам это видел. У Леси на меня грандиозные планы, надеюсь, что получится встретиться с ней. Сойер… – она кричала через громкие звуки льющийся воды, гремя тарелками. – Сойер, ты меня слушаешь?

Мари хотела продолжить свой эмоциональный рассказ, но, повернув голову, увидела, что парень спит, уютно зарывшись в подушки. Ее взгляд потух, в нем застыло разочарование.

Мари домыла посуду, накрыла своего парня пледом, выключила свет и пошла в свою крохотную спальню. Ее тревожили мысли о том, как в последнее время проходит ее жизнь. Ей всего двадцать четыре, а она полгода не может провести выходные, не согласовав их с Сойером. Лежа в кровати, она представляла, как разозлится Сойер, узнав, что эти выходные для нее тоже будут рабочими.

Проснувшись, Мари сразу же села за ноутбук, совмещая завтрак с важными поручениями Бейкера.