Лес видений

В жизни не видела ничего подобного, – призналась она. Золото – царский металл, простому люду оно недоступно, в Лыбедском царстве оно даже не водится, в отличие от серебра.

– Это колечко достойно украшать твою ручку, Немила, – вкрадчивым голосом сказал царевич, как-то по-особому протянув губами её имя. Получилось нечто вроде «Не-мила-а».

Она рассеянно улыбнулась. Оттопырив пальчики, она алчно разглядывала колечко, а потом, очнувшись, кинулась к Иванушке на шею.

– Спасибо, милый мой!

– Только не потеряй его, – предупредил Иван и подмигнул.

– Никогда в жизни не потеряю!

Немила прижала к себе обе руки, склонила голову, и тут вдруг вспомнила кое-что.

– Ой! Да что же это я совсем! У тебя одежда совсем испортилась! Ты не ранен, Иванушка?

Иванушка отмахнулся:

– Не думай об этом, – и приобнял её за талию. Немила обмякла от радости, но мысль о разодранном кафтане, помятых шароварах и исцарапанных спапогах не собиралась исчезать из её головы так скоро.

– Ты… подрался? – поинтересовалась она, проигнорировав брошенный в свою сторону предостерегающий взгляд.

На какую-то долю секунды на лице Ивана мелькнуло мучительное выражение, которое сменилось облегчением.

– Ты чего? – потрунил он. – Просто я очень хорошо спрятал кольцо, в одно надёжное и труднодоступное местечко. Из-за этого пришлось изрядно потрудиться, доставая его. Вот наряд мой и помялся.

Немилины губы сложились в форме буквы «о», она прижала к себе ладонь с колечком.

– Теперь оно мне ещё дороже! – дрожащим от волнения голосом ответила она.

 – У меня тут где-то лежали нитки, снимай кафтан, я его заштопаю.

Нитки нашлись довольно быстро. Грубые и волокнистые, по качеству они и рядом не стояли с теми, которые были использованы на пошив царского наряда, но кто сказал, что они не сгодятся заделать дыру в ткани за неимением лучшего?

Однако Немила радовалась своей находке недолго, ведь подушечку с иголками оказалось найти гораздо сложнее. Весь сундук пришлось перерыть сверху донизу, но тщетно.

Не было подушечки ни в мешочке с бусинами, ни среди требующей переделки одежды, к которой давным-давно никто не притрагивался, и оттого она приобрела затхлый запах. Вот что значит не прикасаться к шитью неделями, а то и месяцами!

Пока Немила, беззвучно ругаясь, переворачивала сундук, царевич сидел на лавке. Он застыл в одной позе, немного сгорбивши спину, и исподлобья стрелял глазами по сторонам со скучающим видом.