Перекресток

Он медленно повернул голову в сторону сидевшего и, вероятно, сторожившего его Саньки, как вдруг тот вскочил на ноги и зычно крикнул в сторону избы:

– Афанасий едет!!!

Глава 12. Афанасий

На крик выбежали мужичок с Ванькой.

– Чего кричишь, дура! – шикнул на Саньку мужичок и, приложив ладонь козырьком ко лбу, всмотрелся на дорогу, подходившую к мельнице со стороны, противоположной от моста.

Оттуда действительно неспешно приближалась большая кибитка, запряжённая крепким гнедым коньком. Висевшие под дугой бубенцы весело позвякивали.

Они, судя по всему, и привлекли внимание Сеньки, обернувшегося на их веселый перезвон. Сидевший на козлах время от времени прикрикивал на лошадь, но что он кричал, ещё нельзя было достаточно разобрать.

Не доехав до мельницы с полверсты, возница соскочил с козел и взял коня под уздцы. Неторопливым шагом он пошёл рядом, лениво понукая конька. Воз медленно приближался к мельнице, и вскоре Егор смог отчётливо рассмотреть возницу.

Афанасий, а именно так его назвал Санька, был человеком среднего роста, но постоянно сутулился и потому казался невысоким.

Темные волосы выбивались из-под картуза, сидевшего набекрень на большой голове. Чисто выбритое лицо было довольно приятно на вид. В целом он был некрасив, но не производил отталкивающего впечатления. Общий вид портил узкий белёсый шрам, пересекавший лицо от левого глаза через нос к правому краю губ и отчётливо выделявшийся на загорелом лице.

– Здравствуйте, хозяева! – зычно прокричал Афанасий, подходя вместе со своей повозкой к стоявшим.

– Здравствуй, здравствуй, – проговорил мужичок, не выказывавший особой радости от встречи.

– Я вам гвоздей привез да скоб. Еще пеньку да цепь, как просили.

Говорил Афанасий не спеша. Присутствующих он явно хорошо знал, а на Егора не обращал вообще никакого внимания, словно его совсем здесь и не было. Или же старательно делал вид, что не обращал. По крайней мере, взглянув на Егора лишь один раз, он более не останавливал на нём свой взгляд, разговаривая только с мужичком.

– Ну так что, Евдоким, скажи своим молодцам – пусть выгружают, что ли, – продолжил Афанасий свой разговор, обратившись к мужичку.

Евдоким, именно так, судя по обращению Афанасия, и звали мужичка, кивком головы отдал приказание стоявшим тут же Ваньке и Саньке, и те, повинуясь распоряжению, сразу начали выгружать привезённое и сносить всё к мельнице. Афанасий показывал, что нужно выгружать, а Евдоким указывал, что и куда положить.