Сердце рода

Лавка, хоть и была дубовой, но внушительно прогнулась под весом заключённого.

– Держи, Варлаам, – Леший положил три золотых на край лавки и посмотрел на толстяка. – Отдаю долг.

– Две занимал, – низким голосом отозвался толстяк, скользнув по мне невыразительным взглядом.

– Долг платежом красен, – одними губами улыбнулся мужчина и почесал свою татуировку.

Некоторое время они смотрели друг на друга, после чего толстяк неохотно кивнул.

– Ты закрыл свой долг, Леший.

– Отлично, – кивнул в ответ Леший и направился к виднеющемуся около стены бараку.

– Правило первое, – заговорил мой проводник, стоило нам отойти подальше от остальных заключённых, – не бери здесь в долг. Ни у кого.

– Не вписываться в мутные схемы, – я прикрыл глаза, и принялся цитировать по памяти, – не участвовать в боях, не связываться с зельеварами, не сбегать, татуировку делать только у Ворона, не доверять никому, не показывать боль, не вестись на провокации.

Про Макса я говорить не стал, но и этого хватило за глаза.

Леший замер как вкопанный, после чего с подозрением на меня посмотрел.

– Кто ты такой, Михаил?

– Обычный гимназист, – усмехнулся я.

– Ну-ну, – поморщился Леший, – это я должен был заплатить тебе три золотых, а не ты.

– Расскажешь про местные расклады и инфраструктуру, и будем квиты.

– Договорились, – тут же согласился Леший. – Только сначала займём тебе койку.

– В бараке? – догадался я.

– В бараке, – подтвердил Леший и до самого барака не проронил ни слова.

– Выбирай свою цифру, – сказал мой проводник, стоило нам зайти внутри трёхэтажного помещения.

– В смысле цифру? – переспросил я, разглядывая стену барака, внутренняя часть которого была похожа на пчелиный улей.

– Но самые нижние брать не рекомендую, – тут же предупредил Леший. – Считается зашкваром.

– Что за цифра-то?

– Твой порядковый номер, – терпеливо объяснил Леший. – Огрызок что, не сказал его тебе?

– Огрызок – это тот хорёк-охранник с хлыстом? – усмехнулся я, разглядывая огромную версию японского капсульного отеля.

На расстоянии в один метр друг от друга, в стене находились круглые люки, с намалёванными на них цифрами.

Большая часть люков была закрыта, а открытых было совсем немного. Почти весь первый «этаж», который располагался на уровне колен, и несколько почти под самым потолком.

Между люками к стене крепились стальные лестницы, превращая улей в эдакую стальную решётку.

– И здесь живут? – удивился я.

– Спят, – поправил меня Леший.