Кровь рода

Западники мнят себя хозяевами мира и успешно манипулируют всеми остальными.

Дионисий покачал головой и уставился куда-то вдаль.

– Мне всё это неинтересно. Мне интересно искусство! Эмоции! Катарсис, понимаете? Да я мог бы чем-то помочь княжеству, но это естественный процесс. Слабые падут, сильные возвысятся.

– Отличный слоган, – заметил я, поняв, о чём говорит Дионисий, и даже в чём-то разделяя его позицию.

К слову, распорядитель Золотого меча в очередной раз открылся для меня с другой стороны.

Эдакий фанатик своего дела.

Вангую, живи он в моём мире, вышел бы отличный режиссёр. Второй Гай Ричи, Стивен Спилберг или Станиславский.

– Хм, а ведь действительно, – пробормотал Дионисий. – Отличная мысль, Михаил! Позволю себе в очередной раз позвать вас к нам.

– Яков Иванович, что-нибудь ещё? – я, проигнорировав последнюю фразу представителя Золотого меча, посмотрел на директора.

– О! – усмехнулся он. – Михаил, наливай себе чаёк, бери печеньку.

– Прошу прощения…

– Да-да-да, отпустим нашего гостя, – директор посмотрел на заволновавшегося Дионисия Викторовича. – Ведь вам, уважаемый, наверняка, предстоит уйма подготовки.

– Именно, – горячо подтвердил Дионисий. – Завтра в полночь у Сыскного Указа?

– Всё верно.

– Что ж, поспешу откланяться, предстоит много работы, ведь нужно подобрать УГи и макрисы высшего качества, а также…

Яков Иванович, поморщившись, хлопнул по статуэтке, и проекция Дионисия погасла.

– А теперь, Миш, открывай свой блокнот, и записывай, что нужно будет сделать.

Я покачал головой, но блокнот приготовил.

– И да, Михаил, – директор разом постарел лет на десять. – Ты, наверное, считаешь, что это чудовищный поступок, но не спеши судить меня и князя.

Яков Иванович немного помолчал и негромко добавил.

– Вместе с вами поедут Крис и Настасья. Наши с князем дочери.

Глава 4

Мы проговорили с Яковом Ивановичем около трёх часов.

Обсудили статуи замороженных северян, положение Дубровского и неуёмную энергию Толстого.

Поспорили насчёт взаимодействия в наделе и связи с гимназией.

Поделились своим видением ситуации.

Радовало, что Яков Иванович трезво оценивал наши шансы противостоять северянам и предлагал первое время делать ставку на незаметность.

Помимо этого внушала уважение сеть тайников, которые были сделаны в пограничье доверенными людьми князя.