Тайное Место

Посмотрел вперёд – на стену гор, на голубую полоску моря – и опять вздохнул: не может человек быть так счастлив.

Он уже собрался включить на всю громкость прикреплённый к рулю кассетный магнитофон, но тут его внимание привлекла тоненькая фигурка на обочине. Девушка несла в руке серый футляр и шла так неспешно, словно прогуливалась по набережной, а не по трассе. Услышав рокот двигателя, она обернулась, сощурилась, поправила дорожную сумку на плече.

– Из Голубой бухты? – крикнул Ян, остановившись шагах в пяти от неё.

Девушка коротко кивнула. Её правая рука осталась согнутой в локте, как будто она несла что-то хрупкое и боялась уронить. Ян заглушил мотор, чтобы не ревел ей на ухо, подкатил тяжёлый мотоцикл руками, пропыхтел:

– Я тоже оттуда.

– Шлем не снимешь? – предложила незнакомка и поднесла к губам подтаявшее эскимо на палочке.

Он поспешно обнажил голову, пригладил растрёпанные волосы, короткие наверху и длинные на затылке.

Девушка рассмеялась.

– Что? – щёки Яна чуть покраснели.

– Я тебя узнала. Ты пел вчера у костра, с таким серьёзным лицом.

Она закатила глаза, втянула щёки. Ян улыбнулся:

– Я правда пел с таким лицом?

Девушка махнула рукой:

– Неважно. Пел ты красиво.

Кусочек мороженого сорвался вниз, едва не попав на её чистые льняные брюки. Она отпрыгнула, вскрикнула и засмеялась. Он быстро окинул её взглядом: цветные бусы из пластмассы, розово-голубая маечка на загорелых плечах. Под облаком кудрявых волос две серёжки-капельки.

– Что это была за песня? – спросила она. – Никогда раньше не слышала.

– Она из Звенящих Садов. Мой отец привёз её оттуда много лет назад.

– А… – кивнула она, – теперь ясно.

– Что ясно?

– Почему она так звучала.

– Как?

– Ну, немного старомодно.

Ян опустил голову, сделал вид, что поправляет значок на воротнике.

– Поэтому я и еду в Сады. Хочу выбрать что-нибудь сам.

Девушка прикусила нижнюю губу, бросила взгляд на свой футляр.

– Значит, едешь в Сады?

– Ага.

Он успел заметить, как в глазах у неё вспыхнул огонёк, словно кто-то чиркнул сломанной зажигалкой, высекая искры. Теперь и он её вспомнил – этот взгляд и улыбку, затаившуюся в полумраке среди оранжевых лиц зрителей, собравшихся у костра.

– Почему ты одна? Где твои друзья? Вас там человек двадцать было.

– Они мне не друзья, – спокойно ответила путешественница. – Наш оркестр гастролирует по стране. Скука смертная.