Летаргия 2. Уснувший мир

 – Она расчесала пригоршней разноцветные волосы, высморкалась в салфетку и только тогда рассказала: – Это старик. Такой древний, как фасады в этом городе. Я нашла его случайно в одной из кофеен. Он сказал, что ждал кого-то живого, но, кажется, был немного ошарашен, когда увидел меня.

– Это нормальная реакция на встречу с тобой, Бэль.

Она потрепала Остапа за щёку:

– Но именно поэтому вам так хорошо со мной, признайся, золотко!

– Это правда.

Нелли запрыгнула на стойку, свесила ноги:

– Почему старик не спит, как остальные?

– Тот же вопрос он задал и мне.

– Он тоже странный, как и мы? У него есть какой-нибудь дар?

– Я пока не знаю. Он позвал нас на завтрак на будущей неделе. Учитывая тот факт, что в следующий раз кто-то незнакомый может пригласить нас на завтрак через сто-двести лет, я предлагаю не пропускать эту встречу.

– Поддерживаю, – подняла руку Нелли.

– Я, – Остап вздохнул, – буду смотреть по ситуации.

– Мы понимаем, – Бэлла заговорщически подмигнула девочке.

– Бэлла, – Остап достал из кармана мятую бумажку. – Есть ещё кое-что, что мы должны выяснить. Это имена её детей, домашний адрес. Заедешь?

– Без проблем. Вот только допью маргариту.

– Бэль!

– А что? Вы где-то видели дорожную полицию?

4. Одиночка

Клёпа подняла голову и навострила уши. Она прикусила зубами поводок и чуть дёрнула – хозяин проснулся от лёгкого дневного сна, заставшего его прямо в кресле.

Никанор вскинул голову и смешно выпучил глаза, оглядывая заброшенную кофейню.

– Что, девочка? У нас гости?

Собака походкой, больше напоминавшей утиную, чем собачью, потопала к выходу. Короткий поводок натянулся и остановил её в каких-нибудь трёх шагах от двери. Клёпа обернулась и с укором посмотрела на старика. Хорошо бы ему научиться доверять её чутью, а не валять каждый раз дурака, гадая, кто там за дверью.

– Они… Мы их ждём? – голос человека задрожал.

Клёпа приветливо завиляла хвостом, чтобы немного подбодрить старика. Звонко тявкнула и закрутилась на месте.

Саблин тяжело сглотнул, прикрыл глаза. Его пальцы, вцепившиеся в трость, разжались, оставив вмятины ногтей на замотанной изолентой ручке.

– Свои, говоришь?..

Клёпа радостно залаяла, как молотком по жести. Старик поморщился.