Деяние XII

Чтобы избыть невыносимый ужас, выкрикнул в сторону колоссальной фигуры:

– Кто ты?!!

Ответ пришел словно бы отовсюду – сверху, из мутных небес, со всех сторон, как будто монотонным хором ответили все тёмные ели, от реки – волной промозглого холода, и снизу, из недр горы. И всё это вместе составляло один грандиозный ГОЛОС, всеподавляющий.

«Я – Орёл».

Страшный порыв ветра ударил прямо в Руслана и он захлебнулся в накатившей волне безумия. Чернота сдавила со всех сторон. Лишь огонек цветка, съежившийся до размера спичечной головки, заставлял его верить: есть в мире что-то ещё, помимо черноты, ветра и всемогущего ГОЛОСА.

А тот всё вещал, и каждое его слово сопровождал тяжкий удар ветра, вбивающий человеческую фигурку глубже в трясину отчаяния.

«Я есть сила, которая правит судьбой всех живых существ».

Во мраке сверкнули молнии, и в их блеске Руслан успел разглядеть контуры гигантского тела. По его черноте рассеяны были белёсым орнаментом то ли перья, то ли драконья чешуя. Вокруг фигуры чернота будто колыхалась, создавая иллюзию огромных крыльев, и именно это колыхание порождало необузданные порывы воздуха.

С самой вершины, оттуда, где должна была находиться голова, на Руслана глянул Глаз, вращающийся огненный Глаз, и на мгновение ему показалось, что он видит, как гибнет в этом огне вселенная.

«Я – сила извечного колеса, в котором страдают живые существа. Но я есть и избавление от страданий для всех живых существ».

Ветер выл уже непрерывно, Руслан едва держался на ногах.

«Потому что я, Орёл, пожираю живое».

Вдруг ветер стих, словно и его обездвижил необъятный ужас. Руслан закрыл глаза. Не было больше сил бороться с небытием.

«Приди ко мне, отвергший соблазны жизни, и я упокою тебя».

Мир превратился в ГОЛОС. Огонек цветка бессильно померцал и погас.

«Ты, избранный духов, имеешь шанс не быть съеденным, но, пройдя сквозь меня, обрести вечный покой в Великой пустоте, в которой – начало и конец всего».

Руслан сделал первый шаг к Орлу.

Но во мраке перед ним вспыхнул ослепительный свет.

Видение исчезло мгновенно.

Юноша остановился на полушаге. Огонек вновь замерцал перед ним, хотя он, казалось, давно уже потерял его.

Руслан поднял голову и сказал Орлу:

– Нет.

Голос был слаб и жалок, но Орёл ничего не ответил. Руслан повторил окрепшим голосом:

– Нет. Я не избранный духов, я – христианин.