Деяние XII

Когда он уже готов был бросить его и сломя голову бежать, вдруг снова вспомнил:

– …И да бежат от лица Его ненавидящии Его! – проорал он прямо в лицо верховой покойнице, и вся демонская камарилья разом замерла и замолкла, стала сливаться с густым мраком.

Руслан поспешно отвернулся, но зарослей папоротника больше не увидел. Вместо них окунулся в тусклую амальгаму огромного зеркала. Или этим зеркалом стало само пространство перед ним. В туманной глубине поплыли картины. Сначала сознание отказывалось воспринимать клубящиеся образы.

Но вскоре зрелище захватило и заставило зачарованно всматриваться в призрачные формы, слагавшиеся в увлекательнейший фильм без начала и конца.

Это был он, Руслан Загоровский, но не в грязных пижамных штанах и старом свитере – чуть мешковатая, но солидная пара, скромный синий галстук. Он говорит что-то целой толпе юношей и девушек с красными значками на белых рубашках и блузках, туповатые лица которых выражают сосредоточенное внимание.

Дело происходит в большом зале со множеством стульев, и надо всем нависает портрет лысого вождя.

Картина сменилась другой, где тот же Руслан, только костюм уже явно не советского пошива, получает из рук щерящегося свиноподобного мужика маленькую красную книжечку. Вокруг хлопают в ладоши люди, кажущиеся родными братьями и сестрами властного борова.

И вот Руслан (а костюм-то всё лучше!) проходит сквозь тяжеленные двери в огромной остроконечной башне и в лицо ему золотом блистает табличка, на которой он успевает прочитать: «Министерс…».

Но попадает почему-то в большущий аэропорт, а из него выходит на солнечную улицу незнакомого города с яркими вывесками, совершенно невозможными ни в одном из советских городов. И одет Русик уже в джинсовый костюм, явно не из тех, которые возил из Питера Рудик Бородавкин.

Руслан сидит в невозможно шикарном (как ему показалось) баре перед тонким бокалом с соломинкой, оснащенная роскошными выпуклостями дама увлеченно нашёптывает ему на ухо.

Руслан в сопровождении смеющейся черноволосой женщины едет в купе поезда, купе, в котором нет верхних полок, а вместо них – большое зеркало, а на потолке – хрустальная люстра. Вежливый опрятный проводник вносит поднос, на котором два бокала и блестящее ведерко, из которого торчит горлышко бутылки.

Руслан, внушительный мужчина, что-то быстро пишет за огромным дубовым столом в величавом кабинете.