Деяние XII

За глухим торцом школы, там, где над узкой асфальтовой дорожкой нависали большие тополя, покрытые редеющей ярко-желтой листвой, стояла Инга. Плнчи её дёргались от беззвучных рыданий. Наверное, догадался Руслан, шла в школу, да завернула сюда, не может сейчас встречаться с одноклассниками.

Он, было, нерешительно остановился, но сила, которая уже проявилась в нём и вела по тропе Игры, заставила сделать шаг… другой… Он стоял за её вздрагивающими плечами, почти вплотную, сознание её близости уносило куда-то… в сторону совсем другую, не ту, в какую указал строгий майор.

Она почувствовала его дыхание, обернулась, и его взгляд заворожил её. А он с восторгом разглядывал любимое лицо, впервые столь близкое – заплаканные карие глаза, дорожки слез и потёкшей туши на сияющей юной коже, несколько неумело скрытых прыщиков, припухшие пунцовые губы.

– Инга…

Но тут же он понял, что говорить не может. Какая-то сила увлекла его лицо вперед. Он почувствовал мокрую мякоть и твердь зубов, и что-то двигающееся в такт его поцелуям, в чём ликующе опознал девичий язык.

В ноздри его ударил незнакомый упоительный запах, он не знал ещё, что так пахнет любящая женщина. Этот страстный аромат добавлял восторга в вулкан его безумия.

Им казалось, что прошло очень много времени, хотя неуклюжие подростковые поцелуи заняли всего минуты три. Когда его освобожденная ото всех табу рука прошлась по её плечу и сжала тугую грудь, она опомнилась, отстранила.

– Русь, ты чё, с дуба рухнул? – голосок был слаб, а глаза все ещё подергивала тёплая поволока.

Он попытался снова обнять её, но она отстранилась уже тверже – приходила в себя. А его новая сила настойчиво требовала уходить.

– Инга, – сказал он прерывающимся голосом, – мне очень жалко Юрку.

Она опустила голову – действительность вновь вошла в неё. Он понял, что допустил ошибку.

– Послушай, – сказал торопливо, – мне сейчас надо уйти. Ты слушай… ты меня дождись, ладно?.. Я буду про тебя думать и скоро приду.

Только дождись меня, пожалуйста, Инга!

– Русь, ты о чём? – она резко вскинула голову, в глазах плескалася страх.

– Ни о чём. Просто дождись.

Он оторвался от неё и быстро пошел к проломленной ограде – самому короткому пути со школьной территории. Перед дырой оглянулся. Она беспомощно смотрела ему вслед.

– Дождись, – повторил он шёпотом, но она поняла движения губ.

– Русь! – крикнула, но он уже бегом бежал по тропинке, ведущей к дому и дальше.