Хиллингар

Телефон впивался мне в бок и укоризненно подсказывал, что пришло время позвонить родным и отчитаться, что все хорошо. Разумеется, о том, что вместо просторной квартиры в центре в высотке я снял комнату в не самом благополучном районе, как полагается начинающему писателю, знать им было незачем. По крайней мере пока. Поэтому, некоторое время разглядывая запись «мама» в телефонной книжке, я пролистал список в самый верх и выбрал имя «Артур».

– Добрался, обустроился? – спросил сиплый голос.

– Привет, Артур, – ответил я.

 – Тебя почти не слышно. Ты в пещере?

Артур замолк, потом в трубке раздались щелчки и треск.

– Сейчас, подожди… А так?

– Немного получше. Опять пытаешься обмануть систему и наколдовать бесплатную связь?

– Почти угадал. Сейчас перезвоню и поговорим как типичные рабы общества потребления.

Артур позвонил через минуту. Удивительно, что не через час и вообще перезвонил – особой пунктуальностью он не отличался.

– Ты уже в городе или звонишь сказать, что бросил эту идею насчет универа и будешь работать курьером в фирме отца?

– Я звоню сказать, что не видел тебя почти два года и хорошо бы это исправить.

И если ты все еще называешь себя моим другом, то хватай себя за шкирку и тащи сюда.

Артур пощелкал в трубку языком.

– Я нашел тебя на карте. Район так себе, да и вечер скоро – не хотелось бы потерять только что отремонтированные зубы.

– Так приедешь или нет?

В трубке повисла долгая пауза. Затем ее прервал тяжелый вздох.

– Ну, разумеется, приеду. О чем речь. Встречай.

С Артуром я дружил класса с пятого и это предавало мне уникальности – я был единственным в школе, кто оказался способным с ним дружить. Даже его привычку совершенно игнорировать личное пространство: вести записи в моем блокноте, пользоваться моими почтой и телефоном и выписывать свои компьютерные журналы на мой адрес я воспринимал терпимо, хоть и не собирался к этому привыкать. На просьбы не записывать контакты в мою адресную книгу в телефон и наконец купить себе ежедневник он отвечал непонимающим рассеянным взглядом, брал книгу в школьной библиотеке и некоторое время пользовался ее полями и форзацем.

Из других странностей было то, что он тоже дружил со мной, хотя нас практически не связывали общие интересы. После девятого класса он отправился в поварское училище в город, бросив меня одного грудью на орду репетиторов и бесконечных тестов.