Отель желаний

Ковыряние в бумагах отвлекало от непрошенных мыслей, по большей части не позитивных, поэтому я с присущим мне усердием вчитывалась в каждую букву.

Света: Он здесь.

Всматриваюсь в текст, обдумывая варианты диалога и сказанных мною слов, а когда поднимаю голову, вижу в дверях моего кабинета высокого мужчину. Всё, как говорили девочки: сорок или больше, темноволосый, крупные черты лица и невероятное сходство с отцом. Острый чёрный взгляд будто прожигает насквозь. Ещё немного, и он во мне дыру просверлит этими бесподобными глазищами, обрамлёнными густыми ресницами.

Настолько залипаю на мужской фигуре в чёрном классическом пальто, что забываю поздороваться или оказать хоть какие-то знаки внимания нашему новому владельцу.

– Добрый день, – выдавливаю из себя, поднимаясь.

– Добрый день. – По кабинету разносится низкий хрипловатый голос, словно я сейчас Марка Захаровича слышу, отчего даже мышцы дёргаются на лице.

– Да, Лана Сергеевна, управляющая «Дэсэо». А вы сын Марка Захаровича.

– Мы знакомы? – Тёмная бровь взлетает вверх.

– Нет, но вы с отцом похожи. Трудно не узнать. – Пальцы дрожат, что для меня необычно. В любой ситуации я спокойна, но именно в его присутствии сердце бьётся чаще, чем обычно, отдаваясь глухими ударами где-то в висках.

Он внимательно осматривает меня, останавливаясь на лице, а затем спускаясь ниже, отчего становится неуютно и хочется посмотреть в зеркало, чтобы убедиться, что волосы и макияж в порядке, а на одежде нет никаких пятен.

– Сколько вам лет?

– Двадцать семь.

– Хм, а на вид года двадцать два – двадцать три, не больше.

И я понимаю, о чём говорит Кретов, потому как я только года четыре выгляжу, как женщина. До этого больше походила на девочку-подростка, ела по три порции, чтобы набрать вес и избавиться от болезненной худобы и угловатости фигуры.

– Как долго на должности управляющего?

– Два года. До этого три старшим администратором, а до этого просто администратором. Начинала с горничных.

– То есть с самой нижней ступени, так? – усаживается в кресло, и я совершаю движение в унисон, опускаясь в своё. В ответ лишь киваю. – Сколько лет в общем здесь работаете?

– Девять. Столько же знала вашего отца.