Магритт

Где-где, но там точно спросят кто ты такой и что в карманах и почему так поспешно покидаешь площадь Шань, поэтому два квартала мы не спеша брели вреди высоких зданий, в окнах которых отражалась реклама и фонари. У залитой оранжевым светом платформы «Юг-Центр», дорогу нам преградили танцующие зазывалы ресторана «Зиббан» в темно-фиолетовых плащах ассасинов. В узкие прорези между капюшоном и платком глядели поблескивающие отраженными огнями зрачки. Я обернулся. Похоже было, что мы вырвались и не привлекли внимания местных шнырей.

Рядом полыхнуло пламя глотателя огня. Я улыбнулся с выражением поддельного восторга на лице, и мы заспешили к платформе.

***

«Держи свою дверь открытой».

Мне следовало постоянно помнить эту фразу. Широкая рука толкнула меня в спину едва я открыл дверь и вошел в квартиру. Сопротивляться смысла не имело. Я настороженно осматривался боковым зрением, хотя и не сводил глаз с полноватого азиата, развалившегося в моем кресле. На нем был свитер, хотя на остальных троих, стоявших у окна, шкафа и двери душевой – дешевые мятые костюмы.

Того, кто ударил меня в спину, я не видел. Человек в кресле вертел в пальцах оборванный провод от Бокса, на его пухлых запястьях чернели браслеты из крупных агатов. На экране моего ноутбука виднелись десятки раскрытых папок.

Человек у окна выглянул за штору, что-то сказал, но я ничего не понял. Он говорил на кантонском. Пухлый снял круглые очки и поднял подбородок, словно хотел кивнуть мне, но замер на середине движения.

– Мо говорит, что у тебя из окна прекрасный вид, – он произнес это с ужасным акцентом и очень тихо.

– Благодарю, – кивнул я. – Но это моя квартира.

– Верно, господин Лим. Подписка «С»: хорошая, но маленькая квартира в центре, проезд на общественном транспорте, двадцать шесть каналов, хотя телевизора у вас я не видел, весьма средний по скорости интернет, пакет продуктов раз в неделю – вроде бы все съедобное, но не особо вкусное. Хотя лично мне понравился рулет.

– Что вам нужно? – спросил я, бросив взгляд на парня у душевой.

Он был самым опасным из всех – стоял далеко и наверняка был вооружен. Если вбить пухляша в кресло отправить Мо за окно, то призрачный шанс еще был. Но тот парень слишком далеко.

– Только две вещи, господин Лим. Первая – чтобы вы кое-что вспомнили, а вторая – чтобы кое-что забыли. И лично мне намного важнее первая.

Пухляш перегнулся через подлокотник и что-то набрал на моем ноутбуке. Я вдруг понял, что это чат.

– Она милая, но совершенно тупая.