Резчик. Том1

Свет от двери пропал, загораживаемый широкоплечей фигурой и в ту же секунду пятерка ламп в помещение разом вспыхнула.

Небольшое усилие воли и можно заметить, как рядом с каждой из ламп появлялся красный огонек, который срывался с места и за долю секунды описывал вокруг лампы полный круг, чертя светящуюся полоску. Затем полоска слегка уменьшалась в размере, становясь ярко-оранжевой, и ламы загорались. Как только наш тюремщик покинет отсек, оранжевые ободки вокруг ламп растают и те потухнут.

От яркого света ламп я щурился, глядя на оранжевый обод.

Мне казалось, он слегка пульсирует. "Все еще в форме", – довольно подумал я. – "Надо копить силы".

Взгляды моих соседей устремись на приближающегося надсмотрщика, который большим деревянным черпаком плескал каждому в глубокую миску порцию местной баланды. Там, где он уже прошел, слышался хлюпающий и чавкающий звук. Надсмотрщик же даже не кривился и смотрел на нас безразлично, хотя было заметно, что задерживаться тут ему нисколько не хочется. Для нас же этот отсек был: и камерой, и обеденным залом и туалетом.

Так что запах грязных тел и нечистот тут стоял соответствующий. Если бы тюремщики раз в день не заставляли тех, кто находился ближе всего к выходу, убирать и мыть пол, войти сюда не смог бы и самый крепкий духом человек. Жаль, что уборку начинали всегда после завтрака.

Вспомнив всех родственников надсмотрщика, я протянул руку с миской и получил свою порцию. Глубоко выдохнув, давясь, в три глотка проглотил содержимое. Прислушавшись и поняв, что пища не желает выходить обратно, убрал миску подальше к стене.

Потеряю ее, и придется подставлять для баланды сложенные ладони. Были тут и такие…

Со стороны выхода загремели деревянные ведра. Я же бросил взгляд на мужчину напротив. В свете лампы его кожа имела красноватый оттенок, а черты лица довольно сильно отличались от остальных. Выдающиеся вперед скулы, небольшой грубый нос, впалые глаза. Слышал, что подобные ему встречаются далеко на востоке. За границей Варского княжества.

С невозмутимым видом краснокожий проглотил завтрак, поймал мой изучающий взгляд и прикрыл глаза.

Ближе к обеду, когда солнцу до зенита оставалось меньше часа, на верхней палубе забегали и загомонили. "Очередной порт или незапланированная стоянка?", – я прислушался к бою барабана. Он немного ускорился и спустя минуту затих. Весла разом выпрыгнули из воды и с шумом задвинулись в корпус. Каторжники забеспокоились, крутили головами, звенели цепями.