Острые цветы

Маме не нравилась их машина, которую Агата запомнила с самого детства, но ничего другого они себе позволить не могли. Кассандра была всего лишь кухонным работником, приезжающим на лыжную базу вахтами и проживающим в малюсенькой комнатушке вместе с дочерью-инвалидом.

Очень даже хорошо, что их машина была полностью погребена под снегом, потому что по сравнению с оставшейся машиной выглядела бы совершенно убого. Чёрный джип внушительных габаритов величественно стоял возле корпуса и невольно складывалось впечатление, что вся стоянка предназначается ему одному.

Автомобиль выглядел надменно, чем позволял сложить определённое мнение о его владельцах – квартирующих в единственном занятом номере на втором этаже.

Агате эти люди сразу показались неприятными, муж и жена, приехавшие на огромной машине, вокруг них постоянно чувствовалась отталкивающая аура, они презрительно смотрели на мир и тем более на тех, кто на социальной лестнице стоял много ниже них. Они гостили на лыжной базе уже пять дней и всё это время непрестанно ссорились.

Эта пара ссорилась в столовой, ссорилась в собственном номере, ссорилась перед выходом на лыжню, они ссорились ежечасно и очень громко. Как-то по этому поводу Георг сказал, что особая ирония заключается в том, что сюда они приехали на семейный отдых. Агата шутки не поняла, но заметила, как на лице Кассандры появилась лёгкая улыбка. А ей очень нравилось, когда на усталом лице мамы появлялась улыбка.

Вот и сейчас до гуляющей Агаты доносились приглушенные голоса, исходящие из гостевого номера на втором этаже.

Они снова ссорились. Девочка решила как можно быстрее проскользнуть под их окнами, даже она уже устала от вечной ругани и жуткой атмосферы, преследующей богатую парочку.

Лишённая возможности говорить Агата обладала куда более ценным даром – умением слушать, оценить истинную полезность которого ей предстояло только с течением времени. Однако этим утром ей хотелось немного тишины, поэтому она зажала уши ладошками в толстых перчатках и быстро обогнула угол здания, выходя из зоны поражения шумящей парочки.

А ещё они предпочитали ранние завтраки, из-за чего Кассандре пришлось менять устоявшийся распорядок дня, что не скрылось от Агаты.

С выбором курточки она промахнулась, на дворе по-прежнему стоял февраль, и в воздухе ещё не ощущалось подступающего дыхания весны. Агата начинала подмерзать, но не настолько, чтобы развернуться и пойти в их с мамой комнату переодеваться.