Я – Игрок

Запив всё это чистой колодезной водой, мы приваливаемся спинами к прохладной поверхности камня и ждём завершения дождя.

Пока стена воды отделяет нас от внешнего мира, в каменном убежище ведётся неспешная беседа.

– Ты никогда не думал о нашем даре? – спрашивает Кристина.

– Трудно о нём не думать, когда пользуешься им каждый день.

– Я не о том, – смеётся девушка. – Сам знаешь, одни рождаются с даром, а другие нет.

– Так и должно быть, – пожимаю я плечами. – Представь, если бы каждый носил за пазухой колоду карт!

– Да, пожалуй.

– Мы?

– Да, ты и я. Мы ведь единственные в своих семьях у кого есть дар.

– Не знаю, – вздыхаю я. – Может это решают боги.

– Они покинули наш мир, – качает головой Кристина.

– Да. Но что если они всё ещё наблюдают за миром? Они ведь всемогущие, верно?

Девушка не отвечает. Какое-то время проходит в молчании, а затем она спрашивает следующее:

– А ты не думал о том, чтобы повидать семью?

Я внимательно смотрю на неё, пытаясь понять, не шутит ли она.

– Я не шучу, – добавляет Кристина, словно прочитав мои мысли.

– Думал, конечно, – говорю я, опустив голову. – Но не о том, чтобы их увидеть. Лишь о них самих. О маме, и о том, какие тёплые у неё всегда были руки. О младшей сестре, которая едва научилась ходить, когда меня забирали в Академию. Сейчас она, наверное, уже вовсю встречается с мальчиками.

– Но почему ты не хочешь их повидать?

– Потому что это запрещено, – отвечаю удивленно я.

– Да наплевать на запреты! – решительно заявляет Кристина, и её лицо озаряет улыбка. – Нельзя всегда и везде следовать правилам.

– Даже если на кону твоя собственная жизнь, или жизнь твоих родных?

– Если об этом никто не узнает, как тогда на тебя объявят Кровавую охоту? – улыбка девушки становится ещё шире.

– Я не готов рисковать жизнями своих родных, – твёрдо говорю я. – А ты?

– Я… не знаю. Возможно, когда стану Странствующим Игроком…

– Да, – неожиданно для себя соглашаюсь я, – в этом есть смысл.

Беседа продолжается. Пока не закончился дождь, мы успеваем обсудить ещё множество тем. Когда же ливень сходит на нет, мы выбираемся из своего убежища, и возвращаемся на тракт.

Мы ускоряем шаг, чтобы до ночи успеть достичь порта. Едва заканчивается дождь, как из-за туч выглядывает весёлое солнце, но лишь для того, чтобы уже через час скрыться за горизонт.