Персонаж

– Аккуратней там, – сказал он, поймав мой взгляд в зеркале, – и смотрите не заблудитесь.

– Не заблудимся, – парировала Эльза.

– А то я слышал, что в лесах, окружающих пещеры, водятся призраки. Много народу оттуда так и не вернулось.

– Байки это всё, – в разговор вклинился лесник, который всё это время слушал наш диалог. – Я излазал эти леса вдоль и поперёк. Нет там никаких призраков. Не возвращались оттуда люди по собственной глупости. А по поводу осторожности, – он повернулся к нам, и я увидел свое слабое отражение в его очках, – это правда.

Будьте крайне аккуратными.

Эльза вжалась в сиденье. Я не понимал, что с ней происходит, почему её так напугали слова лесника. Судя по её стеклянному взгляду, она была не здесь, а глубоко в собственных воспоминаниях.

Я решил её не трогать, и оставшуюся часть дороги мы ехали молча.

***

К трём часам мы добрались до безлюдной станции. Электричка приехала буквально через десять минут. В вагоне сидело лишь несколько одиноких пассажиров, безмятежно смотрящих в окно.

Мы сели с Эльзой друг напротив друга.

Две противоположности, две жизни, две крайности.

– Ну, так что тебя сподвигло на путешествие? – спросил я.

– Мечта, – быстро ответила она, откинувшись на спинку сиденья. – Вот ты никогда не мечтал о чём-то подобном?

– Знаешь ли, нет. Меня устраивала моя затворническая жизнь. До сих пор не понимаю, что я делаю здесь.

– Если бы внутри тебя не сидело то чувство, пожирающее тебя изнутри и мечтающее вырваться наружу, ты бы никогда не согласился.

Ведь так?

Я посмотрел на неё, на эту рыжую девчонку, с таким удивлением и радостью, надеясь, что мой взгляд скажет больше, чем я смогу передать словами. Меня удивляло то, насколько сильно она меня понимает.

– Ну, а почему я? – выйдя из ступора, спросил я. – Никогда не поверю, что у такой… что у тебя и нет друзей.

– Это долгая история.

Эльза опустила взгляд и попыталась что-то сказать, переведя тему, но я её опередил:

– Мы разве куда-то торопимся?

– Я с детства была словно заводная игрушка, – начала она.

 – Меня всё время тянуло туда, куда нормальные дети никогда и не сунутся. Заброшенные здания, высокие деревья, пугающие чащи леса. В меня словно был встроен какой-то моторчик, который никогда не останавливался. Повзрослев, я обзавелась неким кругом друзей. Но та компания, в которой я была, хоть и считала меня близким другом, не поддерживала моих пристрастий ко всему неизведанному. Лишь одна девочка, Рита, понимала меня.