Колодец бесконечности. Неучтенный ключ

Горло першило, словно в нем катался ежик, а из глаз текли слезы.

Наконец, нижние ветки загорелись, стали потрескивать, и появились языки пламени. Малкольм сходил посмотреть, как идут дела у Дугласа. Большая часть пути оказалась пройденной. Малкольм выбрал из груды рубленых сучьев несколько ровных веток, заострил их и отдал Санаре.

– У меня в сумке лежит коробка. В ней обезвоженные сардельки. Надо растопить снег в кружке и бросить туда сардельку. Когда она набухнет, ее можно будет жарить на костре.

– Хорошо, – ответила Санара и пошла собрать снег с кустов, что росли на границе поляны, а Малкольм вернулся к Дугласу.

– Давай я топориком помашу, – произнес он.

Дуглас румяный и довольный, вернул инструмент и пошел к костру, у которого Санара уже топила воду в кружке.

– Это все? – удивленно спросил Дуглас. – Ну, хоть бы сахара добавили или вон сухих листочков с кустов. Какой-никакой, а чай.

Санара улыбнулась и показала Дугласу маленьких сухих червячков на ладони.

– В другой раз на кухню иду я! – сказал Дуглас, раздул щеки и стал еще краснее. – Кипяток и черви, потрясающе! Хорошо, что я взял галеты.

– Ну, что ты дуешься? – ответила Санара и хитро улыбнулась. – В червях белки и протеины. Нас учили выживать в подобных условиях.

Дуглас подошел к своему ранцу и стал в нем рыться. Санара тем временем бросила сухой червячок в кружку. Он быстро набух и превратился в аппетитную сардельку. Толстую колбаску она нанизала на заостренный прут, положила в пустую тарелку и бросила в кружку следующую обезвоженную колбаску.

Дуглас продолжал самозабвенно рыться в сумке, когда Санара поднесла первую сардельку к огню. Колбаска быстро нагрелась и кожура на ней лопнула. Сок стал капать в огонь. Дивный запах жареного мяса крадучись достиг ноздрей Дугласа. Он замер, принюхался и, задрав нос, резко повернулся к костру.

– М – м – м – м, – прошептал он и на четвереньках, чтобы не развеять аромат, стал медленно приближаться к костру.

Запах дыма и жареного мяса заставил желудок урчать. Он смотрел на сардельку, которую держала Санара, и глотал слюну.

– Боже, благослови детей леса и их волшебную кухню, – прошептал он.

Санара пожарила на костре сардельки, разложила по неглубоким металлическим тарелкам и позвала Малкольма. Дуглас подбросил сучьев в костер. Огонь горел ровно. Воздух постепенно прогрелся, и ребятам на миг показалось, что они дома.