Поднимая веки

Вероятно, это было вызвано уже серьёзным опьянением и мне показалось интересным выяснить, какую из газировок предпочитают мои компаньоны.

– Что-что, – выражал своё мнение Двадцать Третий, – но на мой взгляд наибольшего уважения заслуживает Маунтин Дью. Сколько себя помню, всегда ловил визуальное удовольствие от формы бутылки и её цвета.

– Да, цвет не плох, – ответил я, – но меня почему-то больше привлекает Спрайт. Он кажется мне, не знаю, более дружественным, ну, знаешь, как старый добрый приятель, который всегда на связи и выручит в сложную минуту.

– Ха-ха-ха, – рассмеялся он, – странно, но я тебя понял.

– Скорее всего, всё дело в рекламе – предположил я. – Насколько я помню там постоянно педалировалась тема утоления жажды в самый нужный момент.

– Пожалуй что, – согласился он.

– А мне, как ни странно, – подключилась Шпала, – нравится классическая Кола.

– На самом деле она заслуживает уважения, но любить её кажется так банально, – ответил Двадцать Третий.

– А мне нравится ванильная Кола, – сказал я, – она более нежная, приятная на вкус. Пожалуй, она входит в мой список лучших газировок.

– Никогда не пробовала, – ответила Шпала.

– Серьёзно?! – удивился я. – Когда-нибудь я обязательно принесу бутылочку для тебя. Да и они продаются на каждом углу, можешь и сама купить.

– О нет, раз уж ты сказал это, я буду ждать эту бутылочку именно от тебя, – с улыбкой произнесла она.

– Замётано, – также улыбнувшись, ответил я.

– Нет, все напитки, конечно, заслуживают своего места на рынке, – вновь подключился Двадцать Третий, – но вот что мне действительно не понятно, так это Миринда.

– О да, здесь мы с тобой солидарны, – ответил я.

– А мне нравится, – раздался неожиданный голос Толстушки.

– Ха-ха-ха, – расхохотался Двадцать Третий, – не самый лучший момент, чтобы подключиться к разговору.

– Да я серьёзно, она вкусная, насыщенная, яркий приятный привлекательный цвет и вкус, – пояснила Толстушка.

– Это же просто приторный апельсин, – возразил он.

– Да ты просто не распробовал, – отчаянно защищалась она, но была обречена потерпеть поражение в этой битве.

– Честно говоря, я впервые вижу фаната Миринды, я бы мог ещё понять любителя Фанты, и то с натяжкой, но вот Миринды…

– А что ты имеешь против Фанты?! – вдруг воскликнула Шпала.

– Эмм, – удивился Двадцать Третий, – хочешь сказать что…

– Да! – перебила она.