Жизнь, любовь, страдания

А Вторая стала копать. Устанет, отдохнет – и снова трудится. Железо уже стало блестящим, черенок отполированным, лучше, чем был когда-то.

Увидела ее Первая Лопата и удивилась:

– Какая ты видная! Не то, что я, развалюха – черенок гниет, сама поржавела…

– Пойдем со мной. Поработаешь – станешь как я, – позвала ее сверкающая Лопата.

– Нет уж, я здесь останусь, – сказала Первая Лопата, а сама подумала: «Что-то мне не договаривает моя подруга. Ну как это можно – работать и не стареть?»

А Вторая Лопата прекрасно знала: если все время лежать – постареешь раньше времени.

Фужер

Рюмки наполнились вином, гулко чокались, завели деловой разговор. Тут к ним присоединился Фужер. Чокнулся со всеми Рюмками и стал приставать с ненужными разговорами. Но на него никто не обращал внимания. Он был пуст.

От чего легче становится

– Посмотрите на эту Тахту! – возмущалась маленькая пуховая Подушка, которая лежала на ней. – Развалюха, а все старается омолодиться. Накрылась красивым покрывалом и думает, что никто не увидит ее горб, торчащие по бокам пружины, не услышит стонущий скрип.

– А ты посмотри на себя! – вмешался Трельяж, стоящий неподалеку и видевший многое на своем веку. – Сама-то вся износилась, вытерлась и истрепалась…

– Не может быть! – оторопела Подушка, оглядела себя и ужаснулась: – Надо обязательно надеть наволочку, и непременно с красивым вышитым узором. Это скроет мою старость…

Она замолчала, еще раз взглянув на еле дышащую Тахту. А Трельяж проворчал:

– Так всегда бывает: радуются когда у соседей что-то плохо, себя внимания не обращают.

Подстаканник

Стакан сидел в Подстаканнике как в кресле и говорил:

– Мы – друзья! Куда ты, туда и я!

Но однажды Стакан треснул и раскололся. Его заменили. Подстаканник тут же забыл старого друга и сказал новому Стакану:

– Куда ты, туда и я!

Подстаканник был из толстого металла, и жесткость в нем была вечна.

Ваза и Горшок

Красивая высокая Ваза была украшением зала.

– Сударыня, – обратился Горшок к Вазе, – разрешите, я к вам немножечко подвинусь. Вы такая красивая, моя неказистость возле вас будет менее заметна.

– Не позволю! – возмутилась Ваза. – Ты своим видом испортишь мою красоту. Я многое прошла, чтобы быть в этом зале. Была глиной, меня мяли, мяли и сделали Вазой. Потом огонь обжигал со всех сторон, пока не превратил в красавицу. Надо и тебе пройти Огонь и Воду.