Тайны Уралгорода

Лейтенант-гаишник узнал и отпустил, но он видел девушку «спящую» на переднем сидении!

Выбора не было. «Мясо» надо было срочно ликвидировать, пока о нарушениях правил не узнали другие «охотники». Нарушения они, может быть, и простили бы, но Вадим так «наследил», что поставил под удар всех. Сейчас девушка была опаснейшим «вещдоком», от которого надо было избавляться немедленно. Но другие «охотники» не знали об этом, надеялись развлечься со свежим «мясом» и продлить подольше удовольствие. Вот поэтому Вадиму было не до праздника.

Слово вновь попросил Психолог.

«Импотент „рогатый“! – зло подумал о нем Вадим. – Подсматривает за нами через прозрачное с одной стороны зеркало, и записывает всё на видео! Неужели ему не понятно, что нам это мешает – не животные всё же! Самое смешное, что он и своей жене разрешает все шашни на стороне! Только требует, чтобы и она всё на видео фиксировала и ему показывала! Извращенец засохший!»

А Психолог дождался тишины и заговорил:

– Господа! Я уже стар и «охотник» из меня никакой! Но, надеюсь, что мои советы помогли многим подобрать ключи к сердцам и умишкам «мясца»…

Пьяные «охотники» разом закричали, поддержав его слова.

– Кроме того, я веду видеолетопись самых красивых развлечений, пыток и казней «мяса». Предлагаю посмотреть избранные эпизоды.

Психолог включил видеопроектор, и на экране стали чередоваться сцены оргий, в которых участвовали одни и те же «охотники». Но девушки были разные. Многие из них страдали: кричали, молили о жалости, проклинали. Но были и те, кто или по своему желанию, или под действием наркотиков, принимал активное участие в безумных игрищах.

Особенно запомнилась «Миледи», которая старательно обслуживала сразу четверых мужчин.

Аплодисменты и гогот вызвал эпизод со Слоном. Совсем юная девушка, увидев его «хобот», потеряла сознание от страха и ужаса!

«Охотники» раскраснелись, возбужденные вином и зрелищем сексуальных издевательств. В этот момент Психолог перешел к показу пыток и казней. На экране «охотники» в черных балахонах и масках выносили приговоры уже почти не сопротивляющимся, растерзанным женщинам.