Соколиная охота

Полная луна серебряным светом, словно пиками, пронзала и рвала то и дело набегавшие на нее непроглядные полчища туч. Оттого вокруг становилось то светло, почти как днем, то вновь распространялась повсюду кромешная чернота.

Над лесом, проворно кружа между густых крон, бесшумной тенью летел огромный филин. Он чуть слышно взмахивал широкими крыльями и на какое-то время застывал в прохладном ночном воздухе, высматривая себе добычу. Внезапно его перьевые уши слегка колыхнулись, хищно изогнулись когтистые лапы, и он камнем бросился вниз, к земле.

Казалось, ничего не могло помешать торжеству охотничьего инстинкта, и вдруг темноту пронзил луч желтоватого враждебного света. Филин с обиженным уханьем устремился прочь.

Чудесным светочем оказался стеклянный масляный фонарь. Он был прикреплен к старенькой бричке, поспешавшей по чуть заметной в ночи дорожной колее. Чадящий светильник едва выхватывал из черно-синей мглы силуэты деревьев и частые глубокие лужи, зеленоватой жижей блестевшие прямиком на пути.

– Так, значит, вы – доктор? – спросил Фальк, трясясь на жестком сиденье и по привычке не выпуская из рук длинный атласный сверток.

– Точно так-с, врач. У меня здесь собственная практика, – с готовностью отвечал новый спутник штаб-ротмистра.

От города до имения князя Арсентьева было не далеко, но столбовой тракт, приведший Ивана Карловича в Курган, остался в стороне и удобства оттого заметно поубавилось. Лесная дорога капризна и непредсказуема, особенно если преодолевать ее выпадает после заката.

Все норовит она завести в глубокую чащу, а то и подцепить нежданного гостя сучковатой корягой, сунуть ее промеж колесных спиц.

Фальк в который раз порадовался своему нечаянному везению, и впрямь, выходит, удача не оставила его. Благодарение судьбе, не пришлось еще одну ночь провести в опостылевших гостиничных комнатушках, в компании мышей, холодной телятины и шумных соседей.

Помимо прочего, в лице Вадима Сергеевича он приобрел отменную возможность чуть больше разузнать про поместье Арсентьева – место, в котором ему предстояло провести несколько дней, а может статься, что и недель.

Штаб-ротмистр, конечно, навел все необходимые справки еще в Петербурге, однако глупо было бы упустить случай. Кто как не человек бывающий, а то и живущий, у Дмитрия Афанасьевича может лучше поведать об имении и заведенных там правилах.

– Простите мне излишнее любопытство, – начал было Иван Карлович, но доктор Нестеров немедленно его перебил.