Умница Эллиот

Тут Брут опешил, спустился со стремянки, и влепил мне подзатыля хорошего.

– Ты что, совсем спятил?!

– Да знаю, знаю, полный придурок.

Внезапно у Брута прояснился взгляд, он широко улыбнулся и хлопнул меня по спине.

– Да ты не парься, – говорит.– Можешь спокойно идти прямиком к Фелпу, в любом случае у полиции есть всякие крутые штучки, вроде программы защиты свидетелей. Глядишь, и на север куда-нибудь вас с матушкой забросят, красота!

– Да. Красота, – говорю, а у самого перед собой уже не Брутово лицо, а мамино, оно в сотый раз убивается горем и причитает.

Белые медведи, пингвины, дружелюбные эскимосы. Чем не заманчиво, черт возьми.

Я знал, что Дженкинс неустанно за мной следит, можно сказать, ходит по пятам. Но я тоже не глупый. Каждый раз, как он оказывается в зоне видимости, я смешиваюсь с толпой и мне все сходит с рук. Я даже решил не ходить на обед, потому что уверен, Дженкинс бы и там меня достал.

В общем, захожу я в свою комнату, и вы не поверите, кто там! – Дженкинс, собственной персоной! Он стоит посреди комнаты, в руках болтается мой злосчастный рюкзак.

– Это твое барахло? – спрашивает.

Я только головой киваю. А он продолжает.

– Так вот. Объяснишь, каким магическим образом это оказалось у меня в фургоне?

– Я хотел доехать до школы и забыл его.

– И как? До школы то доехал? – язвительно бросил он.

– Не совсем.

– Ах, не совсем. Будь добр, опиши-ка мне события, которые так сильно напугали твою жопу, что ты и про багаж свой не вспомнил.

Я будто воды в рот набрал, стою и отмалчиваюсь, как кретин.

– Так вот, слушай сюда, что мы сделаем, Эл. Я точно знаю, что ты видел и слышал вчера достаточно, чтобы всех нас, включая этих бирмингемских ребят с их упоротым сержантом, упрятать за решетку на добрых два десятка лет. Еще я, и эта черная жопа Бигз, прекрасно знаем о всяких уродских программках по защите свидетелей. Так что, если ты думаешь, что сдав нас, вы с матерью укроетесь от этого черта и его отморозков, то ты охрененно ошибаешься.

Я предлагаю тебе путь искупления, без всякой грязи и кровопролития. Я ничего не говорю про тебя этому упырю Бигзу, и взамен на молчание предлагаю вам с матерью бесплатное жилье в доме моей тетушки. Вы уезжаете на рассвете. Уловил?

Думаю, с тем, как все обрисовал Дженкинс, меньжеваться здесь будет как минимум глупо. Я кивнул. Выходя за дверь, он швырнул мне рюкзак, и я словил его на лету.

– Внутри все найдешь, – бросил он.