Простые истины

Врач вечером придёт, чтобы укол сделать. В этот раз медленнее отхожу.

– Хватит хернёй страдать, лечись уже по-человечески, основательно. А то проснёшься как-нибудь утром, а встать не сможешь.

– Спасибо за поддержку.

– Я дело говорю, потому что переживаю за тебя, а ты всё отшучиваешься и укольчики делаешь. Ты дошёл до стадии кардинальных мер. Смирись и начинай ползти в сторону клиники, иначе я подтолкну.

– Понял. Принял.

– Пришлю документы с курьером по тверскому филиалу, посмотри, оцени работу моей жены.

Не хочу смотреть.

– Сам бы глянул и понял, что не зря изъявила желание отправиться в Тверь. Полина умная, этого не отнять, работу свою знает, за компанию радеет всей душой, понимая, что доход идёт в её же семью. Как к работнику к ней претензий нет.

– А как к жене?

– Это у тебя нужно спросить. С этой стороны я никогда её не узнаю.

– Мне отец условие выставил… Если в течение года не будет внука, я с Полиной должен развестись.

Приятная беседа, состоявшаяся неделю назад, ещё не переварена мной.

Всё по привычному сценарию, вот только впервые на защиту Полины я не встал, предпочёл промолчать. Решение отцу объявлю по факту, когда будет поставлена точка в нашем браке.

– И ты так просто откажешься от своей женщины?

– Проблема в том, Игнат, что, скорее всего, она уже не моя… – Уже полгода как моя жена развлекается с другим, совершенно забыв оповестить собственного мужа.

– Ты о чём?

– Так, ни о чём. Пока не понял, что именно происходит.

Ты узнаешь первым. До связи.

Отключаюсь и сразу направляюсь в конференц-зал, чтобы увидеть того, на кого пал выбор Полины.

Вот уже полчаса слушаю пронзительную речь адвоката Пронина. Точнее, одного из них, потому как целых шесть задействованных в нашем вопросе мужчин поочерёдно берут слово, рассказывая о существенном вкладе своего нанимателя в развитие «Эвиты». Периодически вскидываю бровь, тем самым выражая удивление, потому что каждое слово фонит откровенной ложью и почитанием себя любимого.

То и дело поглядываю на адвоката компании, у которого пар из ушей валит от услышанного. И я его понимаю, но терпеливо жду. Ещё десять минут бессмысленно демагогии, и мы приходим к главному – сумме, на которую рассчитывает Арсений.

– А не многовато ли за несущественную долю человеку, который носа не показывал в компании последние лет пятнадцать, собирая лишь проценты от владения акциями? – обрываю пронзительную речь очередного адвоката.