Дети Амдусиаса

Димка слушал, кивал головой, улыбался, слегка занервничал от рассказа про поцелуй и прикосновения к заднице Оли, в груди заиграла ревность и зависть этому Гусю. Ведь с ним то Оля до сих пор не целовалась по-настоящему, так, чмок в щечку, и все. Это уже немного начинало бесить.

Да и эти истории ему были не очень интересны, хотелось обсудить недавно произошедшее, но как перевести тему, он не знал. Ему оставалось только слушать ее повествование, улавливать аромат ее духов с нотками жасмина и ванили и ждать удобного момента.

– Давай присядем? Я чего-то так устала ходить, вон лавка у подъезда.

– Давай, – Димка огляделся по сторонам и увидел напротив соседнего дома ленточное ограждение под одним из окон. – А чего это там огорожено, ты не в курсе?

– А, это, ну я так понимаю, что именно тут упал Фома. Девки говорили, что он с этого дома шагнул, а менты ленту намотали, – совершенно без сожаления и вообще каких-либо эмоций сказала Оля.

– Тут умер твой приятель, а тебе все равно?

Замечание привело девушку в ярость.

– Дима! Он бывший! Да и мало того, мы просто гуляли, я не имела к нему чувств. Да еще и себя убил, слабак! – она почти кричала. – Терпеть таких не могу!

– Но, Оль, извини, конечно, но тот ваш разговор на берегу с Килограммом, там ты говорила совершенно другое.

– Там я говорила о мегаталантливых музыкантах, а Фома кто? Никто и звать никак! Даже добиться ничего не захотел, просто доказать мне, что я ему нужна, не захотел! Легче обдолбиться и с крыши шагнуть, чем книгу прочитать, тоже мне герой! И, сука, книгу не вернул, придётся новую покупать, а у меня там пометки были и всё такое.

– Может, он что-то неправильно понял, может, именно этим он и хотел тебе что-то доказать? Ты не говорила ему такие вещи?

– Дима! – Ольга продолжала распаляться. – Ничего такого я ему не говорила!

Парень понял, что лучше прекратить эту беседу, иначе быть беде, а еще он осознал, что чего-то девушка не договаривает. Все-таки смерть Фомы ее сильно злит, хоть она и пыталась быть безучастной.

– Может, пойдем погуляем отсюда, не будем об этом говорить больше, – попытался смягчить ситуацию Димка.