Клан «Дятлы» выходит в большой мир

– Калян, расскажи-ка нам, сколько ты вчера умудрился вылакать своего пойла, что ложное зелье невидимости, превратилось в настоящее?

– В каком смысле в настоящее?

– В прямом, тебя не было видно, когда ты в дом Птичника ввалился.

– Да ладно!?

– Точно тебе говорю. У Птичника аж челюсть отвалилась, когда ты ввалился.

– Не помню нихрена, да и выпил-то я немного, грамм двести-триста, ну, в крайнем случае, не больше литра. Не люблю я леса, грустно в них как-то.

– Да ладно тебе, такой лес красивый, птички поют, красота.

– Да вот играли мы как-то в детстве в индейцев, точно в таком же лесу. Я на дереве засел, хотел на противника сверху спрыгнуть, да вот только…

– Дай-ка я угадаю. Ты прыгнул, только вот писюком своим за ветку зацепился, и стал он после этого на полметра короче.

– Вечно ты, Пахан, норовишь хорошую байку испортить, не буду вас больше развлекать…

Через час после выхода, к нам пришло сообщение:

Поздравляем! Вы выполнили задание «Защитить Остапа».

Награда: три редких алхимических рецепта. Получить можно при следующем посещении домика гоблинской ведьмы.

Остап жив – это хорошо, но вот стоит ли на месте домик гоблинской ведьмы, это вопрос. В любом случае, сейчас возвращаться туда не будем.

Ещё через пару часов мы попали в другую локацию, где мобы были двадцать пятого-сорокового уровня. Нам даже пришлось отбить пару атак волчьих стай, но, в основном, всё проходило без эксцессов. Майор даже сказал, что это было бы хорошее место для нашей прокачки, но это всё потом.

Только раз за весь путь Калян удивлено хмыкнул, и сказал, что ему пришло сообщение, о том, что он получил умение Животновод, непонятно за что выданное. Мол, он создал какой-то совершенно новый вид животного и теперь имеет пятипроцентный шанс приручить любое животное до тридцатого уровня.

– Калян, я, конечно, всё понимаю, у тебя давно женщины не было, да к тому же ты был в стельку пьян, но что бы дело дошло до выведения новых пород… Это явно перебор!

– Да ладно, ты чего выдумываешь? Не может быть такого… – убеждал сам себя Калян, но чувствовалось, что он сам не до конца в себе уверен…

Разговор затих, а мы шагали и шагали.