Работа над ошибками

– Мама сразу же попросила меня, рассказать ей всё, что я знаю о твоих похождениях налево, – после этих слов Надя повернула голову и посмотрела в его глаза. – Ты же знаешь мою маму, если ей что-то нужно, она из тебя душу вынет, но добьётся своего. В общем, я ей рассказала про наш утренний разговор и про эту чёртову Изольду.

Надя замолчала и с виноватым видом уставилась в его лицо. Он отпустил руки жены, сел на пол, облокотившись спиной о кровать, и звонко рассмеялся. Успокоившись, он закрыл лицо руками и, глубоко вздохнув, произнёс:

– Зачем, Надя? Во-первых, это наше личное с тобой дело, в котором Агата Владимировна третий лишний, даже не смотря на то, что она твоя мать.

– Это неправда, Слава, мама хорошо к тебе относится, – с укором произнесла Надя. – К тому же, я, как только услышала про любовницу, у меня сразу же перед глазами встал образ этой сероглазой шалошовки, которая с такой счастливой улыбкой вылезала из нашей машины.

– Всё, хватит! – резко произнёс он. – Я больше ничего не хочу слышать про эту Изольду. Мы с тобой предельно ясно всё выяснили сегодня утром, что касается этой Изольды. Повторяю ещё раз – она мне не любовница, нас связывают исключительно профессиональные отношения. Я утром переговорил с Вадимом Михайловичем, он пообещал перевести её в другую смену.

В это время открылась дверь и в дверном проёме возникли два детских силуэта, которые с нахмуренными лицами в унисон произнесли:

– Вы долго ещё будете разговоры разговаривать?! Мы ужинать сегодня будем или нет?! Между прочим, папа огромный торт купил!

– Конечно-конечно! – виновато произнесла Надя, – Алена иди на кухню и достань, пожалуйста, посуду, а мы с папой сейчас подойдём.

После того, как дети ушли, прикрыв за собой двери, он посмотрел на жену и произнёс:

– А что Агата Владимировна сказала по поводу детсадовской няньки?

– Ничего не сказала! Делеора Владиленова точь-в-точь передала всю суть разговора, и там даже идиот с сорока семью хромосомами поймёт, что ты поглумился.

– Ясно, – со вздохом то ли облегчения, то ли печали произнёс он.

– В том и дело, Слава, что мама, переговорив с Делеорой Владиленовной, поняла, что это была шутка и тактично послала её.