Мертвая кровь

Если бы вы вместе с Эммой подали прошение, то еще мог быть шанс. Но с твоими перспективами развития лучше обратить внимание на кого-то попроще.

– Наставник!

– Я уже второй год твой наставник, а ты все также не научился держать язык за зубами.

– Но он всего лишь лерв! – обернулся на меня молодой эспер.

– Думаешь, я привел бы сюда простого лерва? Раскрой свой Сэнс ученик и начни наконец работать!

– Да, наставник. Как твое имя?

– Эван.

– Эван, снимай куртку и ложись на стол.

Я выполнил требование эспера, устроившись на жесткой чистой лежанке с металлической окантовкой и висящими по бокам зажимами для рук и ног.

Гилль обратил пристальный взор на мою персону, нервно теребящую край рубахи:

– Я вижу множественные повреждения оболочек ауры. Защитные выжжены почти подчистую. Хм-м, есть оболочки, характерные для неразвитого эспера: остатки маскировочных, подобие резонансной. Средоточие отсутствует. Сэнс… разрушен. Сплетение сильно повреждено. Смешение… вроде есть какие-то зачатки, но не уверен.

– Действуй.

Уже позабытая колючая волна пронеслась по телу.

– Есть предположения, что могло вызвать подобное?

– На работу колдуна непохоже. Слишком грубо. Врожденный дефект также отпадает. Не мог же он побывать в астрале?

– Вот и мне стало любопытно, – почесал короткую бороду Стамофер.

Я поднял руку словно на уроке в школе и негромко произнес:

– Несколько лет назад я попал под Выброс.

– Вон оно что! – воскликнул Гилль.

– Любопытный экземпляр, – протянул старший. – Будь ты более взрослым эспером, Выброс бы мало что мог тебе сделать. Обычно с похожими повреждениями поступают лервы, но у них само собой другой рисунок ауры.

– Сомневаюсь, что тут что-то можно сделать, – протянул Гилль.

– Да-а. Но попробовать стоит. Люди – удивительно живучие существа. А аура сама по себе настоящее чудо природы. Так мало изучена. По каким законам живет, как ее лечить, отчего возникают врожденные дефекты? Отчего происходит неосознанное подавление некоторых оболочек при возвышении? Что-то я отвлекся.

– Хотите простимулировать огрызок Смешения, наставник?

– Таны, обед готов, – невозмутимый дворецкий вкатил тележку, уставленную прикрытыми блюдами.

– Отлично. Мы с Гиллем перекусим. А ты Эван, думай.